Книга Спасти СССР, страница 57 – Николай Марчук

Когда в городской черте Бомы разорвались первые заирские снаряды, до жителей наконец дошло, что шутки кончились, пора делать ноги. Вот тут и полезли наружу особенности местного менталитета и воспитания. Солидные мужики лезли вперед, вереща, как истерички, расталкивая женщин с детьми. Миша орал на таких, а если не понимали криков, то стрелял в воздух из табельного ТТ. За сутки Мишель успевал совершать десятки рейсов, умело лавируя между потоками машин и людей. За три дня непрерывных поездок туда-сюда КаВЗ превратился в помятую, облезлую консервную банку, но автобус стали узнавать, и зная, кто за его рулем, часто уступали дорогу и приветливо сигналили.

Вооруженные силы СРК стянули к Боме войска, где в передней линии обороны, конечно, были «Вольные стрелки», а во второй и третьей ополченцы вперемешку с разношерстными военными подразделениями Кабинды, которых к тому времени было сформировано четыре батальона. Также вдоль всего побережья реки Конго, которая теперь была южной границей СРК, было налажено регулярное патрулирование дозорных моторизованных и пеших групп.

Южная граница СРК, которая шла по реке Конго, начиналась на Атлантическом побережье возле города Бананы и шла вдоль реки до города Луози, общая протяженность границы – чуть меньше трехсот километров. На патрулирование столь протяженного участка пришлось выделить пятьсот человек, большая часть из которых была жителями речных деревушек, которым просто надо было сообщать о появлении чужаков или подозрительной активности на противоположном берегу реки.

В Луозе держали отдельный гарнизон, усиленный артиллерией и системами ПВО. В Моанде тоже был гарнизон, а также возле взятой в кольцо Китоны приходилось держать войска. Наши силы были сейчас раздерганы по разным участкам.

Отряды кубинского спецназа были выведены из Кабинды и переброшены на юг Анголы, где затевалась знатная буча. Это была хоть и ощутимая потеря нашей боеспособности, но не категоричная. Воевать в джунглях у нас пока не надо было, а с общевойсковой операцией по отражению массового речного десанты мы должны были справиться своими силами, благо их теперь было намного больше, чем еще месяц назад. Помимо отрядов «Вольных стрелков», батальонов кабиндских добровольцев-ополченцев, многие, из которых успели пройти боевое крещение, в армии СРК теперь были еще подразделения, сформированные из жителей Бомы и Моанды, а также бывших военнопленных Заира, пожелавших стать гражданами Свободной Кабинды.

У нас был готов план противодействия вторжению Заира: они высаживаются на нашем берегу – мы их долбим из артиллерии и минометов, они подбрасывают свежие силы – мы их долбим, они подкидывают новые силы – мы их долбим… и так до тех пор, пока генералы армии Заира не поймут, что на северном берегу Конго им не рады. Примерно так же, как в зоне СВО с плацдармом в Крынках: укропы методично лезут на левый берег Днепра, а их так же методично уничтожает армия РФ.

Опыт войны с Заиром у нас уже был, причем весьма удачный. Армия Киншасы опять будет наступать, а мы будем держать оборону. Это было знакомо и привычно.

Но жизнь дала понять, что план, написанный на бумаге, пусть даже тщательно проработанный и хорошо подготовленный, и события, произошедшие в реальности, – это зачастую две большие разницы.