Книга Люди за спиной. Том 2, страница 61 – Александра Маринина

Когда остановились на очередном перекрестке, Настя сказала:

— Тебе кто-то все время пишет. Может, что-то срочное? Хочешь, остановимся, ты проверишь и ответишь.

— Да ну, – небрежно бросил Тим, – это та придурочная из «Подвала», Алиса. Вчера тоже весь день меня истязала.

— И чего она хочет?

— В гости зовет, предлагает сходить в интересные места. Короче, всякая фигня.

— Она не остановится, пока ты не ответишь, – заметила Настя. – Дай ей ясно понять, что тебе не интересно, иначе не отстанет. Или тебе интересно?

— Да прям! – фыркнул Тим. – Не собираюсь я ей отвечать. Игнор – самое лучшее оружие. И зачем я, дурак, свой номер ей дал!

Настя развеселилась.

— А в самом деле, зачем?

— Так она мне сначала-то показалась нормальной. Пока шли к ее дому, она мне про какие-то местные рок-клубы пела, мне показалось интересным, договорились сходить, обменялись телефонами. А когда в квартире все это началось… В общем, вы поняли.

На светофоре загорелся зеленый свет, машина тронулась.

— На следующем светофоре встанем – я ее на фиг заблочу, – решительно произнес Тимур.

От Крюковска до Сосновска всего-то около шестидесяти километров, но ехали они долго. Дороги – извечная головная боль, ими или вообще не занимаются, или постоянно ремонтируют, перекрывая полосы и создавая пробки. Для Насти это стало источником раздражения, для Тима – источником вдохновения.

— Мне нужно это сфотать, – то и дело говорил он, останавливая машину на обочине. – И не говорите мне, что раньше было не так, я все равно не поверю, потому что хуже не бывает.

Настя от комментариев воздерживалась. О городской жизни в семидесятые-восьмидесятые годы она могла судить, потому что хорошо помнила те времена, а вот в российской глубинке бывать почти не приходилось: ее работа в Московском уголовном розыске не предполагала таких командировок.

К концу поездки Настя даже обрадовалась, что дорога заняла больше времени, чем она изначально рассчитывала: глаза успели опомниться и согласились снова нормально видеть.

Ольга Третьякова жила в симпатичной многоэтажке, окруженной деревьями, рядом – детская площадка, через дорогу – школа. Хороший микрорайон, чистенький и ухоженный. Шансов застать работающую женщину дома в первой половине дня было немного, и Настя, нажимая кнопку домофона, уже готовилась к тому, что придется расспрашивать прохожих, как добраться до городской администрации, где работает Третьякова. Но Ольга, к счастью, оказалась дома. Тим остался в машине, а Настя вошла в подъезд.

Когда Ольга открыла дверь, Настя сразу уловила знакомый и с детства нелюбимый запах камфары, исходящий от компресса, примотанного теплым шарфом к шее. Такие компрессы мама делала, когда Настя болела ангиной или ларингитом.

— Вы из полиции, насчет Коли? – спросила Третьякова сиплым голосом.

Было заметно, что ей трудно говорить. Наверное, горло сильно болит.

— Нет, я не из полиции.

— Значит, опять журналисты, – Ольга устало махнула рукой. – Ну что вам все неймется, а? Ходите, ходите… А толку?

Опять журналисты. Да еще во множественном числе. Очень любопытно.

— Я разыскиваю женщину, которую знал ваш муж. К сожалению, у Николая теперь спросить невозможно, но я подумала, что, может быть, он вам что-нибудь рассказывал о ней.

Ольга мучительно закашлялась.