Книга Люди за спиной. Том 2, страница 71 – Александра Маринина

Вот теперь все сложилось.

* * *

Снова зарядил дождь, мелкий и долгий, шуршал по жестяным подоконникам, шептал что-то уютное и успокаивающее. Настя Каменская неподвижно лежала под одеялом, уставившись в потолок.

Что ей со всем этим делать? И тут же осекала себя: не ей. Им. Теперь это не ее работа и не ее проблема. Рассказать? Кому? Володе Меренкову? Глупо. Он в восемнадцатом году уже работал в Крюковске и все проглядел. Или не проглядел, а умышленно закрыл глаза. Или не он, а его подчиненный, утвердивший обвинительное заключение по делу о взрыве, когда под суд отдали людей Бакира. Но ответственность все равно на Меренкове. Нужны ему эти проблемы? Ох, вряд ли.

Кому рассказать? Игорю? Бессмысленно. Во-первых, он близок с Володей, они оба члены одной семьи. Да и что он может сделать? Чтобы пересмотреть оба дела – об убийстве Третьяковой и о взрыве, – нужна сильная команда сверху. А кто ее отдаст? Кто допустит такой скандал? По одному делу два человека сидят уже четыре года, по другому осужденный вообще отбыл срок, следователь пошел на повышение и теперь работает на уровне федерального округа. Нет, ворошить это гнездо никому не с руки. А тех, кто пискнет, сумеют быстро заткнуть. Два неправосудных приговора в течение года в одной и той же области? При том что здесь не судебная ошибка, а прямая фальсификация уголовных дел, то есть замазаны и Следственный комитет, и полиция. Это не просто скандал, это катастрофа, в результате которой полетят головы не только в Крюковске, но и выше. Никто на такое не пойдет. Проще убить одну какую-нибудь Каменскую, никому не нужного частного детектива, чем разгребать зловонную кучу дерьма.

А ведь она всего пару часов назад уверенно заявила Лешке, что для нее никаких последствий не будет. Выходит, обманула?

Но Сереже Прокофьеву нужно раскрыть убийство Мезенина. И убийство Николая Третьякова тоже должно быть раскрыто. Частному детективу Анастасии Каменской это безразлично, но разве может бывший опер убойного отдела оставаться равнодушным, зная, что убийца не понес наказания? Теперь Настя была твердо уверена, что оба преступления совершены одним человеком. Скорее всего, тем, кто когда-то убил Екатерину Третьякову в ночном клубе Спасска. Тем, кто искал Третьякова и шел по пятам за Мезениным. Зачем он это делал? Для чего ему эти два человека, один – отец убитой девушки, другой – ни в чем не виноватый, но отсидевший за ее убийство?

Ответ пришел легко и быстро, он лежал на поверхности. Убийца боялся, что Мезенин, выйдя на свободу, начнет или рассказывать правду, или пытаться найти настоящего виновника. А вдруг ему поверят, поднимут давно закрытое дело и начнут копать? А вдруг у Мезенина есть неопровержимые доказательства фальсификации? А вдруг он поделился своими соображениями с Третьяковым? Третьяков не из тех, кто опускает руки и отступается, он активный, настойчивый, целеустремленный. Если он возьмется за дело, то результат может оказаться впечатляющим.

Если этого человека найдут и докажут его вину в убийстве Кати Третьяковой, дело о взрыве останется в неприкосновенности, но что будет с делом Мезенина? Его все-таки придется пересматривать. На это, наверное, вполне могут пойти. Инициатор, генерал Кудин, убит. Сам Мезенин тоже убит, не придется извиняться и выплачивать компенсацию за моральный ущерб. Остается только Бердников, но он легко отвертится, потому что в деле есть чистосердечное признание Мезенина, а уж что там суд решал – не его забота. Все смогут свести к самооговору и списать на тяжелые личные обстоятельства: мол, больная мать, трудная жизнь, рассудок временно помутился. Или свалить все на Ячменя, дескать, попросил об услуге, хотел помочь своему покровителю Кудину, пообещал за это хорошо устроить мать Мезенина. В общем, варианты есть. Такие, чтобы без моря крови и горы костей.