Онлайн книга «Смерть как искусство. Том 2. Правосудие»
|
Краем глаза Настя видела, как с трудом сдерживается от улыбки Антон Сташис, потому что она блефовала так нагло и напористо, что сама себе удивлялась. Половина того, что она говорила, было ложью, и Настя совершенно не была уверена во всемогуществе экспертов-криминалистов, но какое это имеет значение? — Нет, дальше я отказываюсь слушать, – заявил Камень, как только дело дошло до микрочастиц. – Пора переходить к финальному этапу, а то мы так до скончания века не управимся. — Я тоже так считаю, – прошипел Змей. – Как только начинается стадия активных допросов, сразу возникает такая мешанина из поступающей информации, что практически невозможно восстановить ход событий. — Ну и хорошо, – с видимым облегчением выдохнул Ворон. – А то я уж всю голову сломал, как вам пересказывать, что Попова говорит, да что Колодный отвечает, и кто о чем их спрашивает. Вот посплю чуток и полечу в две тысячи девятый смотреть, как там все было на самом деле. А пазлы из информации складывать – это меня увольте, я под такое дело не заточен. — Позвольте спросить, уважаемый Ворон, а почему вы сразу не полетели туда, куда надо, и не посмотрели, как все было? – удивленно спросил Кот. – Это же гораздо проще и эффективнее. Я-то думал, что вы только в одно место умеете летать, а вы, оказывается, в разные можете… — Я тебе уже объяснял, тупая твоя башка, что для просмотра детективов у нас есть правила, понимаешь ты? Веками выверенные и утвержденные правила: мы следим за работой сыщиков и в своих познаниях следуем за ними. А вот когда считается, что сыщики уже все узнали, только тогда я могу себе позволить тоже все узнать и получить целостную картину. И вообще… — Тише, тише, – успокоил Камень друга, который в запале начал повышать голос, – не возмущайся, мы в первый раз объясняли Гамлету наши правила, когда он еще был сильно болен и находился в помутненном сознании. Он просто забыл. Правда же, уважаемый Гамлет? Кот гордо промолчал, сделав вид, что ему срочно надо вылизать какой-то посторонний клочок из задней ноги. — А ты его не защищай, – огрызнулся Ворон. – Нечего болезнью спекулировать, он уже давно здоров, на нем пахать можно. В общем, вы как хотите, а я полетел спать. Ворон исчез, Кот Гамлет отправился гулять в ожидании продолжения истории, а Камень и Змей остались вдвоем. — Наш Гамлет и в самом деле совсем поправился, – радостно произнес Камень, глядя вслед удаляющемуся Коту. – Не зря мы так над ним колотились, не зря лечение организовывали. — Н-да, – задумчиво прошелестел Змей. – А я вот тут знаешь о чем подумал? Что шекспировский «Гамлет» – это пьеса о бессмысленности мести. — Разве? – удивился Камень. – А я-то всегда думал, что он писал о невозможности единичному добру победить всеобщее зло. — А вот и нет! Потому что принц Гамлет никакой не носитель единичного добра, и нам это наш уважаемый Кот отлично объяснил. В его рассуждениях, при всей их кажущейся бредовости, есть рациональное зерно. Ведь смотри, что получается: Гамлет просто попался на провокацию. Явился какой-то дух, причем явился неизвестно откуда, то ли из рая, то ли из ада, а ежели из ада, то он – посланник сатаны и прочих злых сил. Явился и требует: отомсти. Гамлету-то нет чтоб разобраться, кто таков этот призрак и от кого он прибыл, а вдруг это дьявол искушает человека? А на мой взгляд, это именно так и получилось, призрак был посланником дьявола и явился именно для того, чтобы искушать. Ты же знаешь, Камешек, добрые поступки совершать куда труднее, чем злые, и простить намного сложнее, чем отомстить. Отомстить-то просто, дал волю злобе – и мсти себе на здоровье. Очень соблазнительно. И Гамлет поддался. А что получилось? Кучу невинных людей положил, включая всю семью Офелии и собственную мамашу. Вот в чем трагизм-то! Если бы принц, несмотря на заклинания призрака, нашел в себе душевные силы всех простить, вот тогда мы могли бы говорить о величии его духа. А так никакого такого особого величия не получилось. Так что от нашего непрошеного гостя Кота нам с тобой польза вышла, мы на старые истины новыми глазами посмотрели. Согласен? |