Книга Ночная смена в пионерском лагере, страница 46 – Эльвира Смелик, Екатерина Горбунова

Все-таки какая-никакая, а родная кровиночка, единственное, что осталось от беспутного сыночка, сгинувшего три года назад. Да и от лишних рук в хозяйстве глупо отказываться, а Светка умела работать наравне со взрослыми и не пыталась отлынивать, как некоторые ребята.

Бабка жила в Дубках. На автобусе – всего пара остановок. Но придется платить за билет, а у них с матерью каждая копейка на счету. Еще и пилить до шоссе. Лучше уж пешком напрямик через лес. Тем более Светке не привыкать, не избалованная.

Тратить время на долгие сборы она не стала. Да и собирать ей особо нечего: весь ее летний гардероб состоял из двух линялых платьев, футболки и спортивного костюма, в котором она уже два года ходила на школьную физру. Поэтому на смену пойдут даже бабкины вещи. Хуже, чем есть, все равно не будет.

Хотя, проходя через сени, Светка сдернула с гвоздя материну кофту, которая когда-то была ярко-малинового цвета, но со временем перестала отстирываться и приобрела буроватый оттенок. Дело-то к вечеру, а мать без нее точно перебьется. И только тогда выскочила из дома, вышла за калитку, дотопала до конца деревни, пересекла небольшой лужок и бесстрашно нырнула в зеленые заросли.

В лесу Светка все тропинки знала. Хотя могла обойтись и без тропинок. И чувствовала себя уютней и безопасней, чем в родном доме. Столько уже раз отсиживалась, дожидаясь, когда мать успокоится или когда наконец разойдутся шумные гости, которые, хватив лишнего, легко могли накричать и ударить.

Даже матери нередко доставалось, тогда она опять вымещала злость и обиду на дочери. Вот и выходило, что самое страшное тут не лесная чаща, а окружавшие Светку люди. И не только взрослые.

С ребятами в деревне и в школе тоже особо не ладилось, особенно с девчонками. Они никогда не упускали случая поиздеваться над тем, как Светка одевалась, обзывали нищенкой и говорили, что ей можно подрабатывать пугалом в соседских огородах.

Светка старалась не обращать внимания, делала вид, что ей плевать на насмешки. Внешне вроде получалось, но себя-то не обманешь. Было и обидно, и больно. И после получки она упрашивала мать купить ей что-нибудь новенькое, хотя бы одну-единственную вещь.

Иногда мать даже соглашалась, уверяла, что, как только появится время, они обязательно съездят в райцентр в магазин, но к назначенному сроку денег оставалось столько, что еле-еле хватало на еду. А на Светкино возмущение или нытье: «Ну ты же обещала!» – мать отвечала:

— Да ладно тебе, Светк. Ты и без новой одежды красотка. Вон какие глазищи – большие, зеленые. Реснички пушистые. А волосы! Ну у кого еще в деревне такая коса? Да ни у кого. Сплошные крысиные хвостики. Вот они тебе и завидуют. А ты не слушай никого.

Ну да, конечно, завидуют. В Светкиной жизни вообще нет того, чему можно позавидовать. Вот окончит она восьмилетку и обязательно отсюда уедет – хотя бы в райцентр, – поступит в ПТУ. Можно на швею, можно на плиточницу или маляра. Без разницы, на какую специальность, лишь бы убраться отсюда подальше.

Ноги сами несли по знакомой тропинке. Светка почти не смотрела ни вперед, ни по сторонам, настолько погрузилась в мысли, и только в последний момент заметила, как из зарослей выбрался мужчина и оказался на пути. Всего в нескольких шагах от нее.