Книга Мама, страница 92 – Алина Дягилева

Ната не была дома уже много лет. Последние два года она вообще провела за границей, ей повезло попасть в программу бесплатной стажировки в США. Она вернулась оттуда незадолго до дня рождения Ники, затем устроилась на работу в местный модный журнал и сняла квартиру в центре. Она сама не понимала, почему не осталась в США. Не то чтобы это было так просто, но, постаравшись, можно было бы там зацепиться. Но она почему-то не стала стараться, и вернулась сюда, в город, где училась в институте на дизайнера.

В целом, ей нравилась ее жизнь. Нравилось, что можно быть ближе к сестре. Они, конечно, уже не были так близки, как в детстве, но все же между ними была связь, которую не могли разрушить ни время, ни расстояние. Эта связь была, как прочная нить, натянутая между ними. Нить, сплетенная из ночей, проведенных в обнимку, из долгих ночных разговоров, из общего страха перед матерью, общих надежд на счастливое будущее, общего прошлого, общего тревожного и тяжелого детства.

Через несколько минут Ната поднялась на лифте на нужный этаж и позвонила в дверь. Ей открыла сестра и тут же убежала куда-то, крича на ходу:

— Заходи, раздевайся, мой руки, я сейчас!

Ната разделась и прошла в ванную. Вымыла руки. Вышла и пошла на кухню. На столе стояла коробка, полная лекарств. Ната заглянула в нее – куча разных банок и коробок, некоторые названия ей знакомы, вроде витамина D, E, Магния В₆, а некоторые она видела впервые. Разноцветные порошки, таблетки и суспензии пестрили, словно кто-то рассыпал M&Ms. Рядом с коробкой на столе стояла прозрачная банка, наполненная ярко-синими таблетками. Их цвет был такой яркий, что Ната не удержалась, взяла баночку в руки. На этикетке было написано «Ферроцирн». Она пожала плечами и поставила ее обратно на стол.

Ната постояла еще немного, разглядывая коробку, а потом пошла искать сестру. Откуда-то из глубины квартиры раздавалась голоса ее и племянницы. Ната пошла на звук и обнаружила их в детской. Лина сидела на полу спиной к двери с Никой на коленях и уговаривала ее выпить что-то из стакана. Девочка упрямо мотала головой, плотно сжимая губы и отталкивая стакан. Вид у девочки был бледный и изможденный. На полу возле кровати стоял тазик и лежало полотенце. Ната пригляделась – это жидкость в стакане была такой же ярко-синей, как и таблетки, которые она сейчас видела в кухне.

— Мама, мне плохо, я не могу их пить, – захныкала Ника.

— Но ты должна выпить, – настаивала Лина. – От них тебе станет лучше!

— Нет, не станет! Вчера ты тоже говорила, что станет лучше, а стало хуже!

— Вчера ты пила другое. Все, Ника, хватит спорить, пей, – Лина снова поднесла таблетки к губам дочери и положила их ей в рот, потом поднесла стакан.

Ната решила не мешать и тихо вернулась на кухню. Еще раз заглянула в коробку, потом подошла к окну и стала смотреть на лес и горы вдали. Все-таки вид из окна у сестры был шикарный. На широком подоконнике стоял ноутбук с погасшим экраном, но, когда Ната случайно толкнула его, экран загорелся и она увидела статью с заголовком, который невольно привлек ее внимание – «Первая помощь при отравлении таллием». Ната пробежалась глазами по статье, там перечислялись основные симптомы отравления: спутанность сознания, тошнота, рвота, потеря сознания, при длительном воздействии – тотальная алопеция, включая выпадение бровей и ресниц. Ната нахмурилась и стала листать остальные вкладки в браузере – «Смертельная доза таллия», «Как определить симптомы отравления», «История берлинской лазури: откуда взялись следы цианида на стенах нацистских газовых камер», «Ферроцин: лечение отравления изотопами тяжелых металлов», «Яд отравителя», «Таллий – опасный яд замедленного действия», «Берлинская лазурь помогает при отравлении таллием», «Расшифровка анализов на тяжелые металлы». Нахмурившись, Ната перелистывала вкладки, на душе у нее сделалось очень тревожно. Она снова взглянула на банку с синими таблетками.