Книга Ночница. Коллекция ужасов, страница 101 – Антон Мамон

— Господи! – схватилась за голову Чернова. – Ты же не хочешь…

— Хочу. И никто из вас меня не остановит. Можете задержаться и помочь – тогда честно разделим найденное, но также не запрещаю дождаться меня в машине.

— Это харам, Костя… – зашептал Абдулаев.

— Харам – это пустить коту под хвост будущее! Мы оба знаем, что тебе нечем платить за грядущий семестр. Ты вылетишь из универа как пробка в первых числах сентября. Что будешь делать? Кричать: «Свободная касса!»?

— Костя, ты перешел все границы, оно того не стоит! – вмешалась Варя.

— Повторишь это на могиле сестры!

Чернова гневно вознесла руку, чтобы отвесить хаму пощечину, но в тот же миг поняла, что он прав. У нее за душой – ни гроша! Все, чем владеет Варя, – это машина в кредит и старый мобильник. А Милана умирает. Медленно, выдыхает жизнь… Еще одна потеря в семье недопустима! Не время становиться поборником морали.

— Была не была, – прошипела девушка. – Если иначе – никак, давайте сделаем это.

В голливудских фильмах на раскопку могил уходят считаные минуты. В жизни трое человек вынуждены копать до изнеможения без малого полтора часа. В тот момент, когда начало казаться, что серый булыжник с нарисованным на нем крестом лежал здесь по ошибке, лопата Кости глухо стукнула, упершись во что-то твердое. Повторив движение, Туманов засмеялся. Точно доктор Франкенштейн, которому наконец удалось оживить конструктор из человеческих останков, он хохотал, подпрыгивая на месте.

— С чего ты взял, что там есть что-то ценное? – пропыхтел Аяз, расчищая поверхность гнилого ящика.

— Ее застали врасплох. Кольца, браслеты, бусы, сережки – все должно было остаться при ней! Никто бы не посмел унести с собой золото ведьмы.

Скрипучая деревянная поверхность, полностью избавившись от слоя пыли, оказалась дверью. Дверью, за которой пряталось чистое зло. Разогнав помощников, Туманов пустил в ход фомку. Гвозди послушно выходили из трухлявого дерева. Очень скоро ничто, кроме лихого возбуждения, не мешало поднять крышку гроба.

— Ну что, не будем оттягивать неизбежное! Одним движением, как пластырь, – прокряхтел Костя и открепил деревянный лист.

— Мамочки… – в ужасе заскулила Варя.

В прохудившейся коробке находилось тело женщины. Истлевший скелет в безразмерных тряпках походил на одну из тех жутких кукол, коих полно в комнатах страха. Пустые глазницы, провалившийся нос, съехавшая набок челюсть, а также пергамент сухой кожи, что частично покрывал облысевшую черепушку. Время уничтожило красоту Аиды бесследно.

Одного взгляда хватило, чтобы понять: несчастная умирала в жуткой агонии. Об этом говорили и неестественно выкрученный таз, и странное положение рук, что плотно сгибались в локтях, как у гигантского богомола. То был первый раз, когда Чернова своими глазами увидела труп. Осознав это, она сделала три шага назад – накатил внезапный приступ тошноты. Горькие потоки желчи хлынули вверх по пищеводу. Девушку вырвало.

— Твою мать, ну! Что я вам говорил?! – прокричал Костя, запустив руки в ящик.

Только тогда Абдулаев заметил, что останки его далекой родственницы были усыпаны золотом. По злой иронии, на тот свет она забрала все, что получила от мужа при жизни.

— Чего ждем?! Наполняем сумку! – скомандовал Туманов и бросил рюкзак остолбеневшему другу.