Книга Ночница. Коллекция ужасов, страница 26 – Антон Мамон

— Там пусто. Я осмотрел каждый ящик в поисках кассет, – решительно парировал Макар.

— Просто сделай, как я говорю.

Кудряшов неуверенно потянул на себя металлическую ручку. В первой же нише лежала бумага, заверенная печатями.

— Прочти, – отдал приказ маэстро.

Макар выполнил команду. С первым же предложением его глаза тревожно расширились.

— Но… но почему я?! – испуганно залепетал мальчишка.

— Просто потому, что ты способен слышать больше, чем другие, – усмехнулся режиссер, набивая табаком трубку.

* * *

Трель дверного звонка разлетелась по квартире. Толкнув дубовую дверь кабинета, Макар вышел в коридор. Ненадолго припав к глазку, он щелкнул замком и освободил проход.

— Заносите, только не топчите по чистому, – небрежно махнул рукой Кудряшов.

Двое рабочих, пыхтя от напряжения, внесли сразу несколько коробок.

— Кажется, всё, хозяин! Осталось только собрать стол, ну и мусор вынести, – почесал затылок один из грузчиков.

— Чудно! – крикнул с кухни Макар. – Спасибо за помощь, парни! Мне всегда казалось, что переезд – это катастрофа, я готовился к худшему!

— Хозяин, а это ведь тот самый дом, где артисты жили? Певцы всякие, актеры…

— И режиссеры, – загадочно улыбнулся Макар, появившись в дверном проеме. – Ну что, меньше слов, больше дела? Хорошо бы закончить до четырех. После я ожидаю гостей. – Старомодная камера в руках Макара щелкнула, выплюнув пару севших батареек.

— Я думал, такими больше не пользуются! – удивленно вскинул брови один из рабочих.

— Что-то умирает, что-то выходит из моды, но есть вещи, что просто обязаны продолжиться во имя искусства! – ухмыльнулся Макар. – В память о тех, кто посвятил ему всю свою жизнь…

Тот роковой полет не должен был состояться изначально. По крайней мере, для Стива. И тому было множество знаков. Все началось с будильника, что не сработал в положенное время. Тревожно ворочаясь в ожидании сигнала, доктор философии Стивен Голдривер то и дело просыпался. Теплые объятия жены не позволяли дотянуться до прикроватной тумбочки и свериться с часами, но за окном стремительно светало. Комната больше не казалась черным наглухо запертым ящиком. Мебель, картины на стене и даже приоткрытая дверца книжного шкафа, не запертая с вечера, – все обретало четкие контуры.

«Что-то здесь нечисто!» – Вырвавшись из нежного плена, Стивен схватил телефон, и лицо его озарилось подсветкой.

— Какого черта?! – воскликнул мужчина.

— Ты чего? – сонным голосом протянула Ангелина. – Я не слышала будильника, ложись!

— Вот и я не слышал! – засуетился Голдривер. – А уже семь! Я проспал! Ужасно проспал!

Короткий холодный душ привел профессора в чувство. Нет, он не практиковал закаливание, но тем утром пришлось начать – в доме отключили горячую воду. Ее место заняла противная еле теплая. Постукивая зубами, мужчина схватил полотенце и, едва не поскользнувшись на мокром кафеле, выскочил из ванной в чем мать родила.

— Не видела мой халат? – щурился Стивен в поисках домашней одежды.

— Он в стирке! – ответила с кухни жена. – Проходи, я заварила чай, сделала бутерброды.

В очередной раз помянув матерь Господа, Стив взъерошил руками волосы. Полотенце сделало оборот вокруг бедер, еще одно упало на плечи.

— Ты так и не сказал, чему посвящена конференция! – Ангелина хлебнула из кружки.