Книга Орден Креста и Пули. Последний вампир Парижа, страница 55 – Антон Мамон

— Иди ко мне, милая… Я тебя утешу!

Испуганно задрав голову, Габен принялась утирать слезы рукавами толстовки. В глубине коридора, там, куда не долетал свет настольных ламп, вырастала фигура. Оживший кошмар минувших дней. Проклятый Легран. Ноги, не дожидаясь команды от мозга, бросились наутек. Схватив папку, Эмили бежала без оглядки. Сиплый смех убийцы мчался следом, не давая опомниться. Несколько случайных поворотов привели к двери, что, зазывающе скрипнув, приоткрылась. Девушка расценила это как знак. По ту сторону располагалась лестница вниз. Ее ступени утопали в подвальной тьме, скрываться в которой могло что угодно. «Господи, спаси!» – взмолилась охотница, лязгнув щеколдой. Подперев собой деревянную преграду, она прислушивалась к шагам в коридоре.

— Это судьба, Эмили. Мы снова встретились, чтобы я закончил начатое, – донеслось зловещее послание. – Знаешь, что говорят люди? Первая любовь не забывается, сколько бы ни прошло времени. Уверен, так и есть. Ты была моей первой… В каждой последующей девчонке я видел твои черты. Или просто очень хотел увидеть. Но ни одна из них не была тобой. Даже на толику не приблизилась к твоей красоте. За это я убивал их… Одну за другой, одну за другой! Я искал тебя, Эмили! Искал по всей Франции, хоть и знал, что ты не покидала Париж. Ты разрушила мою жизнь, но взамен подарила новую. Ты указала мне путь. Ты выпустила зверя. Да, крошка, ты тоже виновата в совершенных мною убийствах. Почему же ты бежишь теперь? Неужели не хочешь обняться? Неужели не хочешь вновь ощутить меня внутри? Открой дверь, любимая, и все случится быстро…

— Отправляйся в ад, больной ублюдок! – прокричала Эмили, уловив скрип половиц совсем близко.

— Таким, как я, даже там не рады, – прошипел изверг, чиркнув ногтями по поверхности двери.

Эмили сидела в свете тусклой, моргающей лампы, листая досье. Начиная со второй страницы оно преимущественно состояло из фотокарточек. Из отвратительных снимков расчлененных тел. Некоторые выглядели совсем свежими, других уже успел коснуться тлен. Едва справляясь с тошнотой, Габен вглядывалась в пустые глазницы тех, кому повезло меньше, чем ей. Что-то забытое, уже почти незнакомое, вновь рождалось внутри. Жуткое чувство, не поддающееся описанию. Слишком холодное для ярости, но не менее разрушительное.

Юные девушки, на свою беду повстречавшие демона в человеческом обличье… Они уже никогда не выйдут замуж и не станут матерями. На последних своих снимках они запечатлены в агонии. В предсмертной мольбе о пощаде, скрючившей их тонкие пальцы и перекосившей рты. Внезапно Эмили перестала плакать. С каменным лицом она отложила папку в сторону, поднялась и неторопливо зашагала вниз по лестнице. Шепот из коридора сменился нечеловеческими воплями.

В приступе бешенства Патрик Легран ломал дверь. Ударяясь об нее различными частями тела, он рычал от досады. Удар головой… удар коленом… удар плечом… Ненавистная ему преграда не желала падать. Удар кулаком… удар бедром… удар ступней… еще один, еще и еще. Наконец, послышался заветный хруст, и оскал на лице убийцы сменился на довольную улыбку. Когда вылетела первая доска, он блаженно выдохнул. Просунув руку в образовавшуюся дыру, душегуб подвинул щеколду и беспрепятственно проник в подвал. Теперь Эмили некуда бежать и негде прятаться. Едва сдерживая удушающий смех, Легран зашагал вниз по ступеням. По тем самым ступеням, что еще минуту назад скрипели под весом его первой жертвы.