Книга Пульс темной магии, страница 27 – Александра Власова

…И увидела кадр, достойный фильма ужасов: я, будто завороженная, иду к балкону.

Лиза практикует давно, помогать бабушке она начала с тринадцати лет, но такого еще не видела. Я будто пребывала в забытьи: на лице застыло туповатое, отсутствующее выражение, глаза заволокло дымкой, движения стали медленными и неестественными, как у марионетки. Не реагировала ни на окрики, ни на просьбы остановиться, словно вовсе не слышала Лизу.

Колдунье еще не приходилось сталкиваться с мороками подобной силы.

Обычно оморочки – воздействия, которые лишь немного изменяют восприятие человека. Их используют, чтобы незаметно списать на экзамене или изменять доверчивым мужьям, оставаясь вне подозрения. В наихудшем варианте морок поможет мошеннику втереться в доверие к жертве.

Но его не накладывают с целью заставить кого-то спрыгнуть с балкона.

— В общем, – смущаясь, подытожила подруга, – бабуля как-то рассказывала: чтобы ослабить воздействие, нужно вернуть клиента в настоящий момент. Лучше всего подходят физические ощущения, к примеру, контрастный душ или массаж ног. Нам было не до массажа. Я сделала первое, что пришло на ум. Схватила статуэтку и огрела тебя как следует. Ну, ты и отрубилась.

Дальнейшее развитие событий шло в духе «криминального чтива». Лизе нужно было перевезти меня к себе, чтобы провести срочную чистку, пока я не очнулась и не успела порезать вены или сожрать все запасы снотворного.

У каждой ведьмы свои любимые методы. Воск, четверговая соль и благовония, что нашлись в моей квартире, колдунье не подошли.

Пришлось проявить креатив: Елизавета высмотрела во дворе добродушного и безобидного паренька и – какая ирония – наложила на себя легкий морок, чтобы вызвать у незнакомца чувство безусловного доверия и непреодолимое желание помогать, не задавая лишних вопросов.

А затем ошарашила беднягу дикой историей. Помогите! Ее сестренке совсем плохо – был приступ, судороги, бедняжка потеряла сознание. Лиза в скорую уже позвонила: сказали, все машины заняты, ждите в течение двух-трех часов.

А вдруг за это время сестре станет хуже? Неизвестно, что с ней!

Мы друг у друга остались одни-одинешеньки, родители умерли, Лиза не представляет, как жить, если и сестренки не станет! Если добавить к трогательной истории умоляющий взгляд, трясущиеся плечи, чары, Лизину красоту и вопрос «жизни и смерти», остаться в стороне у парня не было ни малейшего шанса.

Кажется, он решил, что дело в передозе. В любом случае невольный спаситель вынес меня на руках из квартиры и усадил в Лизину машину. Ведьмочка пообещала, что отвезет «сестренку» в больницу.

До ее двери меня поднимал Лизин сосед. Схема та же, только ему подруга набрехала, что у «сестренки» эпилептический приступ. Так я и оказалась здесь. Будь Лиза убийцей, с транспортировкой свежих трупов у нее бы проблем не возникло.

* * *

М-да, похоже, сама того не замечая, я нажила могущественного врага. Воздействие было наложено с холодной головой, без импульсивных эмоций – они привели бы к неизбежным ошибкам.

Тот, кто это сделал, не поленился меня изучить и с удовольствием художника позаботился о малейших нюансах. Маг знал даже о манере будущей жертвы вести дневник. Сейчас сложно припомнить, что я писала под мороком.

Но, кажется, там говорилось о желании встретиться в посмертии с тем, кто формирует мою судьбу. Типичный бред параноика и мегаломана. Записи лишний раз доказали бы самоубийство, совершенное в состоянии острого психоза.