Книга Полыхающий рассвет, страница 178 – Лисса Соллей

Очередной взрыв нарушил эту идиллию. Рухнули последние перекрытия, и величественный Фауль стал опадать. Морганна собрала последние силы и, прижав к телу руку, дёрнулась вперёд. Земля уходила из-под ног буквально, физически – трещины следовали впереди, а голова вновь стала отчего-то наливаться свинцом.

Однако даже так она увидела, как ускорились мужчины, бегущие к ней. Тряска нарастала, и вновь прогремевший взрыв сбил Морганну с ног. Она успела ухватиться за выступ здоровой рукой и слегка подтянуться. Но подняться выше сил не хватало. Где-то сверху раздался голос Нишанта.

И тут же всё стихло.

Чужая рука не успела на секунду, чтобы перехватить её. Фаввара тут же толкнулся ногой, чтобы отправиться за Морганной, но ногу дёрнула назад лоза. Салем и Шанти, пытавшиеся отдышаться, были в десяти шагах от него и Альберта.

— Я не успел… Я не успел!

— Вниз! Быстро! – скомандовала чародейка и рывком опустила руки к земле, создавая спуск в виде земляной горки.

Довольно быстро все четверо оказались внизу. Рухнувшее здание выглядело скорее жалко и вовсе не опасно. Обломки стен и потолков перемешались с земляными кусками, но больше ничего не взрывалось. Вокруг воцарилась мёртвая тишина, нарушаемая лишь звуком шуршащих под ногами камней и треском досок. Когда-то величественное аббатство ныне предстало в своём унижении, потеряв всякую силу.

Огромные мраморные колонны, обвалившись, лежали на земле как павшие гиганты. Следы былого были обезображены разрушением; затёртые узоры на полях, обвалившихся под тяжестью вековых перекрытий, уносили за собой историю этого места. Свет, пробившийся сквозь щели между развалинами, создал причудливую игру теней, на миг оживив мёртвый холст. Каждое движение воздуха уносило с собой запах гнили и плесени. Остатки мебели, разнесённой в щепки, и даже золотая лестница теперь оставались лишь тенью прежнего великолепия.

По мере того, как они продвигались дальше, их шаги звенели в тишине, и, казалось, сами обломки сдерживали дыхание в ожидании чего-то великого – искры, которая способна будет разрушить это место сильнее. Нишант тут же кинулся к обломкам в попытках откопать заветное тело, но стоило ему на него наткнуться, как он вскрикнул и отпрянул, теряя сознание.

Среди завала торчала чья-то бледная рука.

Следующие несколько дней Альберта было не узнать. В первые дни поисков сестры он везде слышал её стоны и в первых рядах откапывал завал. Проклятые словно и вовсе покинули эти земли. Чародеи помогали разгребать камни, передавали добровольцам, а те отвозили их в свободное место. Работа шла довольно быстро, но даже так находили только трупы ведьм. Ал старательно осматривал каждый и с невероятным облегчением сообщал, что это не Морганна.

Но уже через пару суток вся эта неопределённость начала его беспокоить гораздо сильнее. Он стал чаще повышать голос на товарищей, успел поссориться с заглянувшей к ним Салем до четырёх часов «молчанки», а под вечер, после безрезультатного дня, приходил в ярость и попросту громил собственную палатку. Чуть ли не каждое утро Ал зашивал её, покачиваясь в некоторой прострации.

Когда пошла вторая неделя поисков, Хель зачем-то обошёл пещеры Омлия-Азам, прошёлся по остаткам аббатства, пересёк вдоль и поперёк всю пропасть Марзена и составил подробную карту, где отметил мельчайшие детали. Полночи, чуть ли не до рассвета, он колдовал над своим чертежом. Ещё четыре дня он пытался найти сестру по своим меткам, но тоже не вышло.