Книга Полыхающий рассвет, страница 54 – Лисса Соллей

— И это всё? – огорчённо произнёс Риччи, а Морганна захихикала и показала жест тишины.

Альберт продолжил:

— И так дошёл Орин до следующей деревни. Стемнело, как он взошёл на порог дома и постучал. Открыли ему, приняли как родного. Накормили и хлебом, и мясом – чем смогли. Не пожалели. Постелили на лавке у печки да утром с собой краюшку дали. К следующему вечеру пришёл Орин к дому богатому. Всё по чести сделано. Постучался к богачам – раз! – весь свет погас. Два! Все голоса стихли. Три! Дым из печки перестал идти. Уж луна взошла, а в дом никто не приглашает.

А на ту пору из дома напротив вышел человек за дровами. Позвал к себе ночевать. А у его семьи много-много детей. Поели они все сытно, Орин помог детей уложить – рассказал, что всегда надо друг другу помогать. А как вернулся в главную комнату, застал хозяев плачущими. Они ему и рассказали, что, дескать, сосед напротив совсем уж собирается их по миру пустить – они у него хлеб покупают втридорога, молоко вдвое дороже, а мясу и не видно цены. Успокоил их Орин, уложил да и сам спать лёг – постелили ему на печке.

А с утра вышел, пока все в доме спали, ударился камнем об землю и явил свой истинный облик. Застучал в богатый дом, да так, что стены затряслись. Повыскакивали все раздетые прямо на мороз да на духа смотрят.

«Ты не будешь жить на северной земле, – заговорил Орин. – Я камням и скалам сердце дал, чтоб они им грели друг друга, оберегали и ценили. А ты сердце моё потушил. Ничего не оставил. Тогда и убирайся отсюда, раз для тебя золото дороже человека!» – и обратил всю семью в сорок. С тех пор они летают по всему свету да золото ищут. А те, кто пустили к себе старика, долго ещё его добрым словом вспоминали – и с охотой ладилось, и с хлебом, и с семьёй. Конец.

Альберт повернулся к детям и растянул губы в улыбке. Оба малыша спокойно спали, улыбаясь во сне. Но более забавным было то, что даже Морганна и Нишант уже с трудом боролись со сном.

Уже в кровати Альберт чувствовал себя странно, когда начинал прокручивать их сегодняшний разговор. Словно сестра ещё о чём-то умолчала. И, видимо, от этого ей тоже не спалось.

«Это её дело. Расскажет, когда будет готова».

— Анна, – он шёпотом позвал сестру и крепко взял за руку. – Клянусь. Всё будет хорошо.

Ричард тихо наблюдал за тем, как рисует Шанти, и пытался подражать ей. Но, к сожалению, вместо серого слоника с большими ушами у него получилась очень пухлая крыса с синим хвостом. Мальчик искренне старался повторить каждый изгиб, однако ничего не выходило. Шанти не поучала его, лишь терпеливо объясняла.

— У меня всё равно руки кривые.

После очередной неудачи Риччи отложил кисточку и опёрся спинкой о диван, подтянув к себе коленки. Он положил на них свой подбородок и посмотрел на кучу неудачных рисунков.

— Это бесполезно.

— Нет. Не бесполезно. – Шанти тоже отставила принадлежности и обняла Ричарда. – Это мы просто начали со сложного. Надо начинать с простого. Вот… вот у тебя мышка хорошо получится. Обещаю!

Фаус посмотрел в её глаза и кивнул. Он подвинулся к столу и вытянул ноги, глянув на подругу. Та потянулась и взяла для них новые листы бумаги, даже на секунду не поменяв положение ног – они были сложены наподобие чаши.