Книга И мы сгорим, страница 105 – Александра Рау

Наоми Аронсон, хоть Грэм и видел, как она выходила из кабинета, появилась перед ним с лицом, на котором смешались сожаление и нечто, свойственное только ей, – какая-то крупица дерзости, крошечное пламя, танцующее в глубине зрачка. Грэм настойчиво всматривался в нее, пытаясь понять, как эти противоречивые настроения так легко в ней уживаются.

— Где второе кольцо?

— Что? – Наоми вскинула брови.

— Кольцо в губе, – поспешил объяснить Грэм, сообразив, как вопрос звучал вне контекста его мыслей. – Вижу только в носу, а в губе…

— Потеряла.

— При обращении?

— Если станем ближе, я обязательно расскажу вам эту увлекательную историю.

Она подмигнула, и Грэм неосознанно оттолкнулся ногами от пола, отодвигая кресло назад, как будто мог увернуться от ее неуместных заигрываний.

— Смотрю, вам уже гораздо лучше, мисс Аронсон.

— А вечером вы…

Наоми успела вовремя прикусить язык: в кабинет толпой вошли студенты на два курса младше, и все очевидно стали тише, чтобы прислушаться к неформальному разговору преподавателя. Грэм жестом прогнал Аронсон, чтобы не плодить слухи. Она все равно придумает, как его достать. К тому же теперь у нее был мобильный – у Грэма не оставалось ни единого шанса скрыться.

Как он и думал, негодование Наоми тут же преобразовалось в непрерывную вибрацию в кармане брюк.

Спасибо, что выслушали.

Сарказмом сквозило даже сквозь экран.

Я знаю, что слишком напираю, но иначе до вас не достучаться, так что потерпите.

Вы долго были в больнице.

Не скажу, что тут много чего произошло, но мне кажется, нам надо кое-что обсудить.

Вечером вы будете в кабинете?

Рен, кстати, тоже хотел с вами поговорить. Я приведу его?

Грэм не выдержал и, дав ученикам время на выполнение теста, открыл диалог.

Вы обещали хранить мой секрет, мисс Аронсон.

А я ничего и не говорила, доктор Хьюз. Только пообещала договориться с вами о месте и времени.

Грэм не сомневался, что у нее для всего найдется оправдание. Даже если и разболтала бы, то сочинила бы невероятную историю о том, как Рен сам обо всем догадался или вытаскивал из нее сведения с помощью пыток.

Пытки… Тем утром Наоми звонила ему. Искала помощи у старшего, возможно, понимая, что сама не сможет защититься, а у сверстников не было власти и возможности помешать полиции. Она наверняка ждала, когда он прекратит ее мучения, но Грэм не просто не помог – он даже не явился в ту проклятую комнату в темном подвале общежития, где даже дребезжание ламп действовало на нервы.

Пусть внешне и казалось, что она пережила это куда лучше, чем Грэм – змеиный укус, ему все равно было стыдно.

Они долго тебя держали?

Субординации в их отношениях не было давно, как бы Грэм ни пытался создать ее видимость. Что ж, значит, границу можно переступить с обеих сторон.

Восемь часов.

Угрожали?

Скорее, давили. Думали, что я сломаюсь, если рассказать мне, какое я ничтожество. Но я знала это и раньше, хаха.

Грэм провел рукой по волосам, словно так мог снять с себя груз вины. Бедное дитя, сколько лет она была в бегах? Один год, три, пять лет? Когда чувствуешь себя как таракан в мире дезинфекторов, выживать наверняка непросто. Но она выжила. Адаптировалась. И из очередного ужаса он ее не вытащил.

Мне жаль. Прости, что не пришел. Я должен был.

Да ладно. На самом деле, я даже хотела сказать вам спасибо.