Книга И мы сгорим, страница 183 – Александра Рау

Рен чуть закашлялся при упоминании бывшего директора и сменил позу, как будто ему стало неловко.

— Я пытался говорить с ними, но все было бесполезно. Они издевались над ней, и их это веселило. Я думал, Хьюз или другие преподаватели заметят это, но они только ругали ее за плохие оценки, давая этим отморозкам все новые поводы для подколов. Бедняжка чуть с ума не сошла.

— Она… потеряла контроль над формой? – уточнила Наоми.

— В том числе. Стала странно себя вести. Я высказал им все, пригрозил, что на следующий день сам пойду к директору и донесу на них, а утром… услышал, что девчонку увезли.

— Ликви… дировали? – Ларс гулко сглотнул.

Адам измученно застонал и потер лицо руками. Наоми заметила, что он пытался спрятаться за ними, особенно теперь, когда открылся тем, перед кем никогда не планировал откровенничать, но ритмичный стук ботинка Рена о пол будто вытаскивал его из скорлупы.

— Ты не успел.

— Они чуть сами не отъехали, когда узнали, – горько усмехнулся Адам. – Я не стал нагнетать. Не то чтобы они стали примерными ребятами, но за тем, что они творили тогда, больше замечены не были, так что я… просто сделал вид, что забыл.

— Теперь я еще больше не понимаю, почему ты общаешься с Лайлой, – произнес Ларс.

— Мы и не общаемся. Но я не смог не навестить ее, когда на нее напали. Мне показалось это странным. Нет, конечно, она не оставалась тогда в стороне, но и активно участия не принимала. Просто… не препятствовала.

— А кто принимал?

— Альберт. И Скотт. Улавливаете закономерность?

Наоми коснулась плеча Ларса, и тот опустил затекшие руки. Пэйдж продолжала сидеть, совершенно не заинтересованная в происходящем вокруг, – возможно, закрывать ей уши не имело смысла. Если она не понимала их слов, ее могли напугать громкие голоса – только и всего.

В груди Наоми заныло. Ей было сложно представить, что чувствовали Рен и Ларс, видя Пэйдж в таком состоянии. Те, кто знал ее не несколько месяцев, как Наоми, а долгие годы. Кто вместе с ней взрослел, учился владеть собой и противостоять задирам вроде Скотта. Эта боль наверняка была невыносимой, и от желания набить Адаму морду – даже если он ни в чем не виноват, – они сдерживались только благодаря нахождению в женском общежитии.

«Надо посоветовать Рену переночевать у Ларса», – подумала она.

— Но при чем тут Пэйдж? – вздохнул Рен, начав ходить кругами по комнате. – Не вижу логики.

— Она общалась с той девочкой.

— Что? – в один голос произнесли трое.

— Может, убийца считает, что раз она промолчала тогда…

— Он заставит ее молчать и теперь, – закончила Наоми.

У него едва хватало сил хранить это все в себе.

Ларс Магнуссон не был известен как тихоня – всегда веселый и бодрый, доброжелательный, активный. Но никогда и ни с кем он не ссорился. До недавнего времени.

Прежде он с легкостью поддерживал образ, который создал. Никто не знал, как он тревожится, когда у друзей неприятности, ведь он играючи помогал им со всем разобраться. Но в последнее время они стали меньше делиться с ним подробностями своей жизни – хотя в кампусе и спрятаться друг от друга-то негде! – и Ларс потерял даже эти крохи контроля.

Ему хотелось снова быть беззаботным дурачком, тем самым парнем, которому, проходя мимо, все улыбаются, даже если лично с ним не знакомы. Хотелось переживать только из-за того, что Рен не готовится к турниру, ведь Ларс хотел для друга лучших результатов, даже если это означало его собственный провал.