Книга Вечные Пески. Том 10, страница 117 – Лео Сухов

К вечеру дождь закончился. Земля пахла мокрой пылью и травой. Небо прояснилось, и закат окрасил его в розовый и оранжевый. Вещи, правда, теперь были влажные, пришлось ещё и сушиться. Однако это так, мелкие неприятности.

Третий день прошёл без приключений. На четвёртый мы увидели впереди стены Эдель Арага и лагерь отряда, где нас ждали предыдущие полторы тысячи Тадара и тысяча моих. В небо тянулись дымы от костров, вдоль городской стены, где не было полей и огородов, паслись переханы. Шатры выстроились ровными рядами, телеги стояли защитным кругом.

Нас заметили. Донеслись крики, кто-то замахал руками. У ворот лагеря меня встречал Тадар.

— Принимай пополнение, — сказал я, хлопнув его по плечу и вспомнив шутку из прошлой жизни, где покупатель обнаружил в списке строчку «прокатило», размером в пятую часть суммы.

— Да нужны вы мне! — ответил старый хан с усмешкой. — Все живы, все здоровы. Твоя первая тысяча тоже. Дошла без происшествий. Осталось нам вперёд выдвинуться.

Значит, «не прокатило».

— Вот и выдвигайся, — я оглянулся на своих пятьсот, которые втягивались в лагерь. — Командуй. А я с моими всеми соберу лагерь и выступлю завтра.

Походные принадлежности были переданы людям Тадара. А мы заняли освободившиеся шатры и приступили к отдыху. Между тем, вождь кочевников собрал своих и уже через пару гонгов выдвинулся дальше. Пройти при этом они успевали полдня, но и мы выдвинемся лишь через сутки.

Тракт от Эдель Арага до Этия был древним. Его проложили в стародавние времена, много раз чинили, и с тех пор камень, вбитый в землю тысячами тысяч ног и копыт, превратился в сплошную ленту.

В иные времена здесь было оживлённо: купеческие обозы, гонцы, путешественники. Теперь дорога выглядела иначе: мор многое поменял, и это ощущалось. Редкие путники жались друг к другу, а самые предусмотрительные сбивались в караваны. Малыми группами практически не ездили: разбойники в конец обнаглели.

На обочинах то и дело попадались следы грабежа. Сломанные телеги, распотрошённые тюки, выкинутые тряпки, иногда — следы крови на камнях. А вот следов погребальных костров я почти не встречал. И это означало, что трупы никто не жёг.

Вот почему так часто встречались глухи. Они стояли вдоль дороги, как пугала, бессмысленно глядя в пустоту. Некоторые бродили по двое-трое, другие — по одиночке, натыкаясь на кусты и камни. Раньше, ещё пару десидолей назад, я бы ни за что не прошёл мимо.

Увидел глуха — убей и сожги тело. Это было важное правило. Теперь оно не работало. Поднявшихся трупов стало столько, что, если бы я останавливался на каждого, мы бы и за две четверти не добрались до Этия. Поэтому я отдал приказ: глухов не трогать, если не нападают.

Они и не нападали. Большинство стояло слишком далеко от дороги, будто ожидая чего-то. Тех же, что подобрались к тракту слишком близко, уже давно зачистили. Если не стража, то крепкие путники и охранники караванов.

На второй день навстречу попался первый караван. Большой: под сотню телег, охрана — человек двести с копьями и луками. Я успел перекинуться парой слов со старшим в охране. Он рассказал, что идёт из Этия с грузом зерна и шерсти, и что нынче эта дорога стала хуже, чем в войну с демонами. Разбойники нападают средь бела дня, поэтому все ходят большими группами. Я пожелал ему удачи, и мы разъехались.