Книга Боги непорядка, страница 124 – Лео Сухов

— Крепкий какой попался!.. — пожаловался Бизон, подставив взмокшую голову под поцелуй Растрёпы.

В наступившей тишине отчётливо слышалось дыхание уставших бородачей и поскрипывание хитина снаружи.

— Меня-таки больше интересует, шо мы будем делать с этой инсектофикацией, которая стоит на пути к нашей свободе и богатой жизни? Это ведь даже не саранча из казней египетских. Это голодные плотоядные тараканы, чующие в нас свежее мясо!..

— Да ничего с ними делать не надо… — задумчиво прикусила губу Растрёпа. — Я тут подумала: это ведь насекомые. А тут естественная температура градусов шесть. Надо просто охладить пространство снаружи, и эти тараканы сразу станут вялыми и медленными. И тогда мы просто сбежим.

— Или перебьём их всех! — внёс поправку Бизон, который, видимо, успел оклематься.

— Друг мой, я конкретно с тобой не согласен! — запротестовал Муся. — Я запыхался на одном полуразвалившемся монстрике, а ты хочешь, шоб мы прям щас перебили целую орду гигантских насекомых?.. Ты шо, предлагаешь такому красивому мне, рождённому для боя, пьянок и любви, заниматься дезинсекцией старых никому не нужных помещений? Тебе должно быть стыдно! Остановись, друг!

— Прерву-ка я поток этого словоблудия… Голосую за «просто сбежать»! — кивнула Растрёпа.

— Ну как хотите… — расстроился Бизон. — А есть у кого-то что-нибудь такое, холодильно-морозильное?

— Я ща что-нибудь найду! — пообещал Муся. — Дайте мне минут двадцать. Надо покопаться в закромах…

В закромах Моисей копался не меньше получаса. Иногда он бормотал себе под нос «шо-то это слишком жирно», а иногда — «это не подходит». А изредка — даже «ой вэй, а шо это такое, и почему оно так страшно воняет?».

А потом, наконец, с тяжёлым вздохом извлёк…

Настоящий баллон со шлангом и распылителем. Баллон — вполне земного, кстати, вида — был покрашен в чёрный цвет, а по его боку красовалась гордая надпись: «АЗОТ». И Муся всем своим видом показывал, что буквально от сердца отрывает это невероятное сокровище.

— Странно, что у тебя такое есть… Это ведь не очень похоже на выпивку, — критически выгнув бровь, заметила Растрёпа. — И совсем не похоже на золото.

— Это лучше! — гордо встопорщил бороду Муся. — Это обменный фонд!

— Азот? Это же название какого-то вашего газа? — уточнил Эрин.

— Один из компонентов воздуха, — пояснил Бизон. — Но тут он находится в жидком состоянии, под давлением. Когда попадёт на воздух, начнёт быстро испаряться. Ну и понижать температуру вокруг.

— И сильно понижает? — спросил Эрин.

— Если поместить туда руку, то заморозит в лёд за минуту! — ответил Бизон.

— И как нам самим тогда уберечься? — засомневался в успехе нюхач.

— Видишь, там шланг подсоединён? — показал Бизон. — На конце раструб. Это распылитель. Мы откроем вентиль, и газ начнёт вырываться из баллона, поступая по шлангу в раструб, и выходить из него широким конусом. Открываем дверь, распыляем газ вокруг и очень-очень быстро бежим по замёрзшим таракашкам к выходу.

— Надеюсь, оно сработает, и мы не уподобимся таракашкам… — задумчиво покивал Эрин.

— Сколько там? Литров сорок? — прикинул Игорь по размерам баллона.

— Сорок и есть, друг Игорь! До выхода может не хватить, но если бежать быстро-быстро и распылять экономно-экономно, то я-таки гарантирую, что дяде Моисею ещё останется на то, чтобы кого-нибудь снаружи заморозить!.. — ответил Муся.