Книга Общественный договор, страница 17 – Лео Сухов

Поздравляем, вы решили задачу по изготовлению каменного ножа из подручных материалов.

Вам присваивается 1 очко ??? характеристик!

Система засчитала достижение, потому что!

Я три раза перечитал системное сообщение и помотал головой. Большего бреда эта игра мне не выдавала ещё ни разу. Впрочем, я так устал, что уже не мог нормально удивляться. Тем более что у меня появилась такая уверенность в том, что всё хорошо, что я даже боялся её спугнуть.

Я смотрел на людей вокруг и был по-настоящему счастлив, хотя не видел для этого ни одной объективной причины. А может, это какой-то неизвестный мне параметр так влиял на моё состояние?

«Над этим обязательно стоит подумать! – решил я. – Но не сегодня!».

Глаза слипались. Я устроился в своей норе и ослабил верёвку на поясе, чтобы не натереть себе всё за ночь. Я, конечно, позаботился о себе – и проложил под верёвкой дополнительно листьями, но лишний раз рисковать не стоило. Немного полежав и счастливо посопев, я уснул.

День пятый!

Вы продержались 4 дня!

Получен урон 41

Жизнь 119/160

Проснулся я от того, что мне на голову что-то упало! Точнее, упало на то место, где должна была быть моя голова. А было моё правое плечо. И мне было очень больно, но это не помешало мне вскочить на ноги, подхватить посох, лежащий рядом, и чуть не потерять свою юбку. При свете луны я различил две фигуры – женскую и мужскую.

— Ой, Лёш! Он жив! – взвизгнула девичья фигура.

— Мля! – выдала мужская в тот самый момент, когда мой посох влетел ей в солнечное сплетение.

Вы нанесли урон Игроку – Лёша: 7

Жизнь Игрока – Лёша: 153/160

Девушка завизжала, а парень сложился пополам. Вокруг раздались недовольные голоса.

— Да как так? – просипел парень, страдая от оглушения, которого ему насчитали аж 20 секунд. И, кстати, жизней-то у самого Лёши было уже не меньше, чем у меня.

Понимая, что надо объяснить зрителям, которые начали собираться вокруг нас, в чём дело, я вытащил камень из своей «кровати».

— А давай-ка я, пока ты тут валяешься, тебе этим камушком долбану? – заорал я. – Убить меня хотел?

Раздались возмущённые выкрики. Девушка перестала визжать и резво бросилась прочь. Сквозь толпу собравшихся пробилось трое мужчин.

— Что здесь происходит? – спросил один из них.

— Да вот этот! – я отвесил Лёше ещё один пинок в солнечное сплетение, продлив оглушение на 15 секунд и сняв ещё несколько единиц жизни. – Убить меня со своей подружкой хотел! Кинули камень на голову, но промахнулись.

— А ты кто вообще? Я тебя что-то не помню… – проговорил второй подошедший.

— Я – Филипп. Вчера пришёл, под вечер, – представился я.

— Новенький, значит… – кивнул первый мужчина. – Ну будем знакомы, а я – Лосев. Так меня тут называют, и я вроде как староста. Так, говоришь, камень кинули?

— Ага! Смотри, плечо мне порвали! – я повернулся плечом на свет. Многострадальная ссадина выросла втрое. Вокруг наливался неприятный синяк, из раны текла кровь, а системное сообщение обещало мне сепсис и воспаление.

— Слышь, брат, тебе песец! – заметил какой-то доброхот из зрителей. – У нас был чувак с такой надписью. За три дня окочурился!

— Да, это был первый убитый ночью, – кивнул Лосев. – Остальных чистенько убивали. Не ты ли, Лёш?

Теперь уже Лосев пнул незадачливого убийцу.