Книга Беззаконие и отвага, страница 8 – Лео Сухов

— Здоров, мастер! — поприветствовал я его.

— Ага-ага… — кивнул Ручки. — Опять вопросы задавать будешь?

— Нет, я по делу! — ответил я, усаживаясь на землю и выкладывая трубку и меч из шипа решашиарха. — Сможешь вот это в копьё превратить?

Да… Я пал жертвой игроманов-близнецов! Когда я думал, как мне приспособить шип, все «гвардейцы» в один голос потребовали сделать меч. В итоге, и сделали меч. Но вот на кой мне нужен меч?! Пользоваться я им не особо умею, да и на привычные мечи он не похож. Умения мне на него не выдавали, да и длина была не слишком большая. В общем, против людей мой шип ещё помогал, но вот против крокодилов и варанов — уже было не слишком удобно. Да и «инструктор» Котов не учил нас пользоваться мечом, сделав упор на копья. Я бы уже давно переделал свой супермеч в копьё, но очень боялся, что потеряю единственное стоящее оружие. За сам шип я не волновался, но вот древко…

Ручки крепкую трубку оценил и долго ковырял её каким-то самодельным инструментом. Потом взял шип и немного поковырял его. Примерился рукоятью шипа к трубке, довольно крякнул и сложил всё у своих ног.

— Смогу. Пять дней — и будет тебе копьё!

— Один день, и будет тебе ПСО и тысяча опыта! — предложил я.

— Два дня, Филь. Быстрее никак! — признался Ручки. — Но оплату опытом вперёд! А то мне жрать нечего будет…

— Не украдут у тебя здесь мои материалы? — обеспокоился я.

— Не боись! Есть тут помощники, чтоб посторожить, — ответил Ручки.

— Сделка? — я вспомнил историю с Харчиком и решил воспользоваться гарантией системы.

— Сделка…

Зафиксирована сделка. За вами будут следить!

На секунду взгляд Ручки устремился в бесконечность, а затем он удивлённо хмыкнул и выдал под нос что-то нецензурное в духе: «Ну надо же!». Я перекинул ему обещанный опыт и поднялся с земли.

— Приходи послезавтра. В середине дня, — посоветовал мне Ручки. — Усё будет!

Остаток дня прошёл в обычных хлопотах, которые регулярно преследовали обитателей Мыса — порубить деревья, покопать основу для будущих ворот… Ну знаете, как это бывает: Федотов туда, Федотов сюда — хоп! И солнце село…

Харчик всё-таки согласился оставить у нас самое ценное, а заодно и привязаться. И даже заказал партию алкоголя и уксуса, которые Клоп с приятелем производили уже в промышленных масштабах. Вещи они сложили в специальный охраняемый шалаш. Не то чтобы в «крепости» было кому воровать, но вот зачем людей провоцировать? Люди вон и сами не провоцировали друг друга — из «нижнего» поселка только и слышалось: «Сделка? — «Сделка!»

— Первым делом! Первым делом! Самолёты-ы-ы-ы-ы-ы!..

День тридцать второй!

Вы продержались 31 день!

— Да когда же у него песни закончатся-то? — спросил я у пустого жилища, покидая примятую за ночь подстилку.

Пять дней назад Саша и Сашок получили отдельные домики по соседству, так что теперь я спал в гордом одиночестве. Вот только Сашок уехал, а название осталось — и мой дом так и продолжали именовать «склепом». И именно от него Плутону нравилось отправляться в свой утренний полёт. Долбаный меломан, наверно, весь день придумывал: что бы ему спеть, чтобы потревожить сладкий сон Филиппа Львовича.

Кстати, про сны. На удивление редко мне их приходилось здесь видеть. Пожалуй, единственным моим сном был кошмар про кокос, требующий моей смерти. В остальное время я как робот выключался на несколько часов — и так же включался. И у кого ни спрашивал, все говорили об одном и том же: нет снов, хоть режь!