Книга На пути прогресса, страница 92 – Лео Сухов

Отряд срезал небольшой мыс и вышел на первый длинный пляж. И тут наше продвижение застопорилось, потому что на пляже, заваленном последствиями шторма, обнаружилась… Лодка! Хорошая такая лодка!.. Деревянная, широкая, с плотно подогнанными досками обшивки, с сидячим местом посередине, где располагались уключины в виде двух деревянных рожков, между которыми вставлялось весло. А вот самих вёсел не было.

Все, естественно, кинулись осматривать ценную находку. Лодку даже спустили на воду, проверив, нет ли течи, но — нет, на воде она держалась отлично. Видимо, во время шторма её перевернуло, выкинув в море смелых путешественников, а, может быть, просто утащило с берега волной и принесло сюда. Лодку решили доставить в Мыс. Для этого срубили два молодых деревца и принялись делать вёсла. Дело это было небыстрое и задержало весь наш отряд до обеда.

А после обеда мне вдруг вспомнилось, как я попал в плен к бандитам во время диверсии, задуманной близнецами. Тогда они меня связали водорослями, не подумав, что силищи у меня уже было немерено. Как я их только мысленно не обзывал, посмеиваясь… А вспомнилось всё это в том контексте, что теперь идиотами можно было назвать и меня, и всех моих спутников…

— Стой! Уходит! Лодку угнал!!!

Не только лодку со свежевыструганными вёслами! Ещё он угнал большой кувшин питьевой воды, свёрток с копчёностями, несколько кокосов и бронзовый нож. Пока мы сидели, отдыхали и обедали, Медоед разорвал (а, может, и стёр об камень) свои путы, подцепил кувшин с водой, еду, и лежавший поодаль ножик, подбежал к лодке, закинул поклажу внутрь — и отчалил от берега.

Заметили его довольно быстро — как только он столкнул лодку в воду и потащил на глубину. Пока мы бросились его ловить, пока добежали до моря, Медоед вытолкал посудину туда, где вода почти доходила до пояса, подтянулся, перевалился через борт, а через несколько секунд уже вставил вёсла в уключины и принялся отчаянно быстро грести. Мои спутники пытались его поймать, но волна была достаточно сильной, поэтому наш беглый пленник воспользовался форой и начал удаляться от берега, пока ударники и ополченцы ещё пытались пробить своими массивными тушками прибой на глубине. Я даже подниматься не стал — пускай бежит.

А грёб Медоед просто на загляденье — как гребаный робот. Будто всю жизнь занимался весёльным спортом. Быстро работал и быстро уплывал…

— Филя! — крикнул он, когда понял, что находится в безопасности. — Филипп!

— Чего тебе, беглец? — отозвался я, поднимаясь и подходя к прибою.

— А неплохо вышло с лодкой, да? — спросил он и весело захохотал.

— Смотри не перевернись! — посоветовал я, прикрыв рукой, как козырьком, глаза. — Не хочу тебя снова ловить!..

— Ха-ха-ха! Постараюсь! Передавай привет другим головам!

Бывший глава Альянса снова схватился за вёсла и направился на юг — туда, где по горизонту медленно скользило жаркое солнце. А мы только провожали его взглядами… Его, лодку и свежевыструганные вёсла.

— Ну не судьба! — философски заметил Борборыч. — Вёсла только жалко… Пойдём дальше, что ли?

Отряд взвалил поклажу на плечи, проверил других пленников, чтобы ещё и они дёру не дали, и направился дальше. В конце пляжа, ближе к вечеру, ударники передали медь ополченцем, взяв с собой минимум припасов — и отправились в глубину острова, в сторону подъёма на плато. Конечно, здесь нам пришлось поплутать, потому что мы сильно отклонились к западу, но в ночи всё-таки вышли к руслу ручья. Соорудили себе лежанки и быстро уснули.