Книга Последний довод королей, страница 81 – Лео Сухов

А скальники стали думать, что им делать дальше. Вот тут-то и появилась наша экспедиция – с красивыми бронзовыми инструментами и оружием, с парой железных ножей и кучей полезного барахла – тканями, бумагой, маслом, кожей… И всё это мы готовы были выменять на бесполезную, казалось бы, соду.

А ведь сода нужна была теперь не только Скульптору, но и металлургам – говорят, можно при плавке чугуна от какой-то примеси избавиться. Но это так, к слову…

Посмотрев на обилие полезного в быту и бою товара, скальники быстро поняли, что Харчик им не привозил и половины нашего ассортимента, сливая всё самое лучшее Острову. А значит, раз нельзя остаться нейтральной стороной, то надо сразу крепко подумать, к кому в итоге присоединяться. И вывод напрашивался сам собой – лучше к соседям с востока. Лишь бы те помогли с вооружением и снабжением.

Вместе с нашей экспедицией в Мыс были отправлены послы, и Кирилл провёл важные переговоры самостоятельно (потому что ни Саши, ни Котова всё равно рядом не было). С моей точки зрения, провёл он их отлично. Птичья Скала не стала упорствовать и согласилась на вассалитет нам – в обмен на поставки оружия, брони и товаров для быта. Всё это они со скидкой готовы были оплачивать за опыт. Впрочем, у них тоже имелся нужный нам товар – та самая сода.

Вот только теперь надо было срочно формировать ополчение, которое прикроет, в том числе, и Птичью Скалу в случае нападения Острова. Так что подкрепления в Железной долине в ближайшее время можно было не ждать. Да и ударникам рекомендовалось найти время и посетить соседей – дабы лично проверить, как там налажена оборона.

Короче, нас пытались отозвать… И я понимал резоны Кирилла, но не был уверен, что за время нашего отсутствия Обитель не отобьёт у нас Железную долину. Письмо перекочевало к Борборычу, а я принялся писать ответ на куске кожи. Пришлось описать численность противника, понесённые потери, сложность обстановки – и объяснить, что раньше, чем через неделю, выдвигаться мы не готовы. Но как только – так сразу.

В принципе, по моим прикидкам, получалось, что мы успеем вернуться ещё до того, как Остров решится на нападение. А мне очень хотелось пообщаться с островитянами в честном бою – примерно раз двадцать. Ведь, сволочи, не просто в драку влезли, так ещё и всё втихую сделали – и очень оперативно. Либо у них есть рации (и где мои, Система?), либо давно готовились… Ни один из вариантов исключать не стоит.

— Уроды!.. – буркнул Борборыч. – А сами-то поют, что они мирные торговцы, и вообще всем и со всеми…

— Увы! Верить в благородство торгаша – преступная легкомысленность, ребята! – развёл руками Эусторжио. – Нет такого закона, который бы не преступил капиталист ради трёхсот процентов прибыли… Мне казалось, в вашей стране Карла Маркса должны бы ещё помнить.

— Мы помним, – кивнул я. – Но ещё мы знаем, как во время таких приступов жадности у капиталистов объяснять им, что их подсчёты были неверны. Они просто забыли поставить минус… Так что Остров заплатит нам, и заплатит за свой удар в спину очень дорого…

— Ого! Серьёзные слова… Но ведь война с другим посёлком! – удивился Эусторжио.

— С Обителью нас заставила воевать система, – кивнул я и очень спокойно посмотрел на итальянца. – А кто заставил Остров в эту войну лезть?