Книга Опасное соседство, страница 32 – Лео Сухов

Когда я сумел — как истинный примат, идущий по пути эволюции — наконец, встать на четвереньки, разведчик врага всё ещё пребывал в глубоком нокауте. Оставалось его только спеленать и отправиться назад, кляня свой собственный энтузиазм, толкнувший меня в проклятую погоню. Решашиарха я добивать не стал… Нет, вовсе не по причине любви к ящерам, а просто потому что он успел очухаться и сбежать.

В лагере народ уже столпился вокруг Нагибатора, выясняя нескромные подробности произошедшего.

— Пустил я струю по кустам, взгляд перевёл ниже, а там не ветки — а морда удивлённая! Он, понимаешь, следы вынюхивал, а тут такая неожиданность!..

Своего пленника я скинул ко второму разведчику, а сам отправился позавтракать и отдохнуть перед тем, как мы выступим в дорогу. Ну и, заодно, приложить пару тампонов из лечебной травы к полученным в результате погони ссадинам…

Выступили мы довольно рано — ведь нападение случилось, едва начало светать — а раз уж все проснулись, то и заново уснуть сразу не получилось бы. Наскоро перекусив, привязав пленных вышронцев к дереву (благо, вся нужная информация у нас и так была!) и развязав ноги Роме, мы направились в сторону ставки местного сопротивления.

По словам Ромы, партизаны окопались, в тропическом лесу — на самой границе плато. С севера было три места спуска с высот, об одном из которых вышронцы пока что не знали. Вот оно и использовалось в качестве пути для диверсий. И пусть лес на этой стороне был не слишком широким, но и мы не могли через него двигаться тем путём, который использовали как обителевцы, так и вышронцы — вдоль реки, которая в отличие от Золотой, петлявшей как не в себя, текла почти прямо. Пришлось продираться через зелёный ад в отдалении…

К вечеру мы, наконец, выбрались к лагерю партизан. Лагерь организовали среди густой поросли бамбука, используя стену полезного сорняка как защитное укрытие. Вход в лагерь представлял из себя прорубленную среди стеблей просеку где-то в полтора метра шириной. И охранялся он из рук вон плохо — стояли возле него лишь пять стражников, которые особо и не скрывались.

— О! Яичко вернулся! — радостно крикнул один из них, когда шедший первым Рома вывалился из кустов.

— Да ты с друзьями!.. — удивился второй, когда к зарослям бамбука вывалились ещё и мы.

Стражники сразу перегородили проход, выставив в нашу сторону копья. Пришлось чуть потеснить Рому, выйти вперёд — и взять дело в свои руки.

— Степан тут? — спросил я.

— А тебе какое дело? — спросил стражник, заметивший Рому первым. Судя по медному наконечнику копья, он был в охране главным. — Вали давай…

— Я бы на твоём месте варежку закрыл. И быстро метнулся бы туда-сюда до командования! — заметил я. — Потому что я человек терпеливый… Но на самом деле, нет… В общем, долго тут стоять не буду!

— Никуда ты, сука, не пойдёшь!.. — засмеялся командир стражи и обернулся за поддержкой к подчинённым.

Но вот поддержки он как раз и не нашёл. То есть, трое стражников всё-таки натянуто заулыбались, а вот четвёртый вздохнул и опустил копьё.

— Слышь, Пробка… Ты чего? — удивился командир.

— Ты бы последовал совету, Серый! — заметил тот. — Это же Филя из Мыса. Он у тебя сейчас копьё отберёт, а потом в тебя же его и воткнёт, чтобы ты больше не выпендривался.