Книга Реконкистадоры, страница 162 – Лео Сухов

На третий день шторма дождь поутих, хотя ветер всё ещё нагонял волну. Мы не стали сниматься сразу и решили подождать, чем вообще дело закончится. Не скрою — я ещё ожидал благодарностей от жителей, но нас старательно игнорировали. Хотя, если бы не наше вмешательство, обороняться защитникам пришлось бы на два фронта, и ещё неизвестно, чем бы всё закончилось…

А утром матросы отвязали швартовы, и «Три топора» гордо покинули негостеприимный порт. Никем не провожаемые, зато исполненные чувства собственного достоинства. Я, правда, не удержался — приказал зарядить пушки холостыми и пальнуть в сторону города. Могу я немного похулиганить или нет? Зато последние минуты, пока ещё был виден пирс, можно было понаблюдать за царившим там бардаком. В тот момент, когда пушки плюнули дымом, жители слегка перепугались и принялись в панике бегать туда-сюда.

Вскоре посёлок Русских скрылся за изгибом берега, а «Три топора» взяли курс на юг и отправились к последнему этапу нашего путешествия, где нам предстояло проверить все планы системы и узнать, составляет ли она их лучше Борборыча — или всё-таки нет.

После шторма даже грести не пришлось — хотя не сказать, чтобы ветер сильно попутный был. Зато его силы хватало для того, чтобы разогнать наш тримаран до совершенно фантастических скоростей. На волнах мы, конечно, не подпрыгивали, как гоночные катера на Земле — но вот скорость километров сорок в час держали уверенно. Ну а раз не надо грести, оставалось только смотреть с кормы на удаляющийся остров.

Серые волны, полные пенных следов, вздымались за кормой. И в тот момент, когда сама корма оказывалась на гребне волны, ещё можно было увидеть тёмную полоску берега. И именно в этот момент я заметил её. Это была здоровая голова, напоминавшая дельфинью морду — вот только она не переходила в милое туловище со стоячим плавником, а уходила в море длинной шеей. И эта голова с большим интересом наблюдала за перемещением нашего корабля.

Выражение морды было вполне миролюбивым, и я даже напрягаться не стал. Ну высунула какая-то водная тварь свою башку по случаю влажности — так и пусть ей хорошо будет. На всякий случай я уточнил у Медоеда и матросов, не встречалось ли им нечто подобное, но ни земляне, ни вышронцы, ни скитисы таких зверушек за всё время мореплавания не видели.

Подгоняемые попутным ветром, мы продолжали стремительно удаляться от острова Медоеда, уходя в открытое море. А я всё сидел и думал о нашей последней остановке. Точнее, о том, что с ней было связано — о жадности и глупости. Удивительное дело, казалось бы… Ну вот есть у тебя кабак и целых двадцать девять рыл с криминальными наклонностями. Решил ты кинуть посетителя — получилось. Получил свои капиталистические 300 % прибыли. Не получилось — плюнул и ждёшь следующего лоха, который, как известно, не мамонт и не вымрет.

Но нет, кабатчик обиделся из-за кувшина дрянного напитка, который, скорее всего, обходится ему в сущие копейки! Что, вы скажете, дело принципа? Так ладно бы лох — который не мамонт — ушёл по чистой случайности или просто по недосмотру подчинённых. Вот тут, конечно, о принципах стоило бы поговорить. Но ведь ушёл человек, который вскрыл твою схему и обыграл тебя. Зачем в таком случае мелочиться и требовать оплаты вина?