Книга Реконкистадоры, страница 196 – Лео Сухов

Я смогла лишить их возможности сканировать. К несчастью, броня и оружие мне недоступны, а внутри брони есть усилители, которые помогают им пользоваться вооружением даже с единицей в силе.

Постарайтесь добраться до входа и пробиться внутрь. Спешите.

Это легко сказать, но сложно было сделать. Если мы начинали спешить, то растения выдавали наше местоположение — и по нам сразу начинали стрелять плазмой. При этом сами наёмники, не встречая сопротивления, довольно быстро добрались до каменного цилиндра. С одной стороны, то место, где они встали, наглядно демонстрировало, где находится нужный нам вход. С другой — прорваться через отряд с плазмомётами мы бы просто не смогли.

И самое неприятное — теперь с нами не было Ариши, которая могла бы незаметно пробраться мимо наёмников. А земля снова угрожающе гудела, напоминая о том, что вся планета медленно погибает. Времени было слишком мало, чтобы ждать возвращения Ариши, а значит, нам предстояло пробиваться самостоятельно. И даже наступившая темнота не смогла бы нам помочь. Наёмники включили фонари на своих доспехах, и теперь вся площадка перед входом была освещена, как днём.

Плазмомёты, броня и свет… Мы с Медоедом замерли в зарослях, пытаясь придумать хоть что-нибудь. Однако ни в одну, ни в другую буйную голову ничего особо умного не шло. Прорваться мимо десятка космонаёмников, сохранивших своё вооружение, мы бы никак не смогли.

— Долго у них скафандры продержатся? — спросил я.

Если мои справочные материалы не врут, то рассчитаны они на 208 часов автономной работы.

Боюсь, что этот вариант нам не подходит.

Перебирая варианты, я даже открыл свои параметры, но всё, что в них было — никак не могло мне помочь против агрессивных приматов с плазмомётами. Ничто в этом мире не могло бы мне сейчас помочь…

— Ваще без вариантов, — шепнул Медоед. — Как ты, Филя, свою бабу-то не уберёг…

— Да вот… — ответил я, и тут мой взгляд уцепился за список достижений.

Точнее, только за одно из них — «Сверзившийся с неба». Однако именно оно, странное и бесполезное, неожиданно подарило всем нам надежду.

— Лазурная, помнишь, ты сказала, что если открыть створки, то можно из шахты попасть прямо в зал оператора? — спросил я.

Да, это возможно. Однако спуститься ты не сможешь. И даже если бы смог — то не успел бы за полминуты.

Внутри шахты есть поле, отделяющее зону, подключённую к эфиру, от зоны технической.

Ты не видишь, что сейчас происходит, но всё, что отделяет нас от гибели и удара с ближайшей станции — это огромная аудитория экспансионистской фракции. Все они смотрят сейчас на тебя. Как только ты вылетишь из эфира — нас немедленно попытаются уничтожить.

— А если я просто прыгну в шахту, то разобьюсь, или нет? — спросил я и добавил. — Я ведь вроде как «сверзившийся с неба»…

Только «сверзившийся с неба» здесь тебе не поможет. При такой силе удара мне понадобится около сорока секунд, чтобы подлатать тебя хотя бы до того состояния, чтобы ты на ноги смог встать.

— А ты можешь усилить это умение?

Помочь тебе в эфире я не могу. Это нарушение договора. А ИИ не нарушают договор.

— Ведь ты сама сказала, что внутри шахты есть зона, не подключённая к эфиру. В этой зоне ты совершенно свободно сможешь всё прокачать! — возмутился я.

На этот раз ответ пришёл не сразу. Видимо, Лазурная взвешивала все риски и просчитывала шансы. Я даже начал волноваться, не отключили ли её снова, но нет — она всё ещё была на месте.