Книга Эфирные археологи, страница 112 – Лео Сухов

Я внимательно посмотрел на Танга, стараясь понять, понял ли он мой намёк или нет — и результатом остался доволен. У силовика всё ещё хватало аргументов в защиту своей позиции, но все их он проглотил и не стал использовать. Это его я имел в виду, говоря о десятках ошибок и надежде на исправление. И это ему я адресовал предупреждение, что многократного повторения ошибок ждать не буду. Сегодняшнее его выступление и было первой его ошибкой.

А потом я вновь повернулся к девушке и выдал ей всё, что думаю про такой её неблаговидный поступок. Не сильно стесняясь в выражениях, сравнениях и не утруждая себя сглаживать слишком резкие слова. А Вера терпела — и только сжимала зубы. Своё выступление я закончил, ко всеобщему удивлению, очень мягко:

— Ты очень хороший рулевой. И отлично повела себя в бою. Если бы не это, я бы сейчас выгнал тебя, не задумываясь. Однако я не буду этого делать, — я повернулся к собравшимся и тихо, но очень чётко сказал. — Вера отлично себя проявила в бою… А вот вы — отвратительно!

После чего жёстко прошёлся по ошибкам экипажа во время боя. На этот раз коротко и под всеобщее возмущённое сопение.

— И всё-таки я считаю, что у них просто не хватает опыта и слаженности! — весьма своевременно заметила Араэле, когда я закончил.

— Прекрасно всё понимаю… А потому уже сегодня, — я обвёл взглядом всех присутствующих, — через два часа мы покидаем скалу и скрываемся в тучах. После чего дожидаемся, когда отчалит торговец, следим за ним, находим тех уродов, которые на нас напали — и разносим их корыта в щепки. Всё ясно? Вопросы есть?.. Нет… Так и чего сидим?!

Всё ещё ошарашенные столь резким переходом на их личности, матросы и офицеры (включая даже Танга) повскакивали со своих мест и рванули на выход, образовав небольшой затор в дверях столовой. А когда в столовой не осталось никого, кроме меня, Кесана и Араэле, девушка негромко похлопала в ладоши.

— Отличный разнос, Фант! — похвалила она. — Всем хорошо навалял — кроме Танга!

— Ему отдельно прилетит… — усмехнулся я.

Через два часа «Мэлоннель» отдал швартовы, отошёл от скалы в сторону места раскопок и скрылся в облаках от посторонних взглядов. Направление мы выбрали специально, чтобы сбить с толку команду торговца, которая наверняка за нами следила.

Когда наступили сумерки, мы не стали зажигать огни, приблизившись к скале и наблюдая за торговцем. Тот уже завершил погрузку, оформил все документы, но всё ещё не спешил отправляться. Собственно, я причину понимал. И знал, что капитан ждёт зря — мародёры не придут. Вскоре и он это понял.

Массивный неповоротливый дирижабль отошёл от скалы и направился на юго-восток. Даже в ночной темноте его было отлично видно: фонари на палубе, фонари внутри корабля — он сиял так, что сложно было бы его не заметить. Впрочем, и мародёры, которые появились на горизонте через три часа, тоже не особо скрывались. Они явно были уверены в том, что им здесь ничего не грозит.

В это время на «Мэлоннеле» команда занимала свои места согласно боевому расписанию. Орудия были приведены в боевую готовность, а верх аэростата уже прикрыли серой тканью, замаскировав под тучи. Мы собирались дождаться, когда мародёры разойдутся с торговым дирижаблем — и лишь тогда напасть.

Общение мародёров с торговцем заняло от силы десять минут. После чего два дирижабля взяли курс к месту раскопок, а торговец двинулся своей дорогой. Наша простенькая хитрость сработала безотказно. И мародёры, и торговец, видимо, решили, что мы продолжаем раскопки, а засланные на скалу люди не вернулись, потому что не с чем им было возвращаться.