Книга Ключ от всех миров, страница 107 – Лео Сухов

— И ты мог бы свои подозрения доказать? — хмуро спросил Гронги.

— Само собой, — согласился я. — У меня и все документики имеются. Или ты думаешь, Радон просто так от меня отстал?

— Тогда почему ты всё не обнародовал, чудовища тебя задери?! — возмущённо вскрикнул Гронги. И даже кулаком по столу стукнул.

— А зачем? — спросил я. — Чтобы добиться справедливости? Чтобы на меня навесили долг в несколько сотен тысяч единиц пневмы? Да ладно на меня, но ведь и на Нанну с Рубари! Чтобы мэра Экори заставили вам платить, а вы радостно вернулись бы на скалу и принялись там жить-поживать и добра наживать? Зачем, Гронги?

— Это был бы заслуженный долг… — выдвинул вялый протест стражник, но я уже видел, что он сломался.

— И зачем его на себя вешать-то? Вот ты, Гронги! Ты готов разделить ответственность за убийство людей в Экори?

— С чего это?! — удивился Гронги.

— Ну ты же стражник! Должностное лицо! Допустил гибель — и всё такое… — развёл я руками.

— Я тут ни при чём! — хмуро ответил Гронги.

— И вот так всегда у вас! — кивнул я. — Ну тогда я тоже тут ни при чём. Я Фант с Меланги — и никогда не был на Экори.

Снова повисло тяжёлое молчание. Тараки, наконец, снова опустилась на диван и просто сидела, раздавленная и разбитая. Гронги молчал, играя желваками. Ему нечего было возразить уже давно. Ему хотелось бы просто развернуться и отсюда уйти. Но идти ему было некуда.

— Зачем ты всё это говорил, раз так? Зачем вообще с нами разговаривал? Выгнал бы сразу… — наконец, спросил он.

— А чтобы между нами не было недомолвок! — ответил я. — Я не тот Фант, которого ты знал на Экори. Я давно уже совсем другой Фант. Тот Фант, который выжил, не сломался, рисковал, проигрывал и снова пытался — и затем побеждал. Я давно уже ни тебе, ни Тараки, ни всему вашему Экори — ничего не должен. И я хочу, чтобы ты это понимал. Но… Ради Нанны я готов вам помочь. Вот только открыто я ничего сделать не могу, сами понимаете… Значит, придётся действовать не слишком законными методами, да? Вы готовы?

— Мы уже вне закона, — заметил Гронги. — Мы же сбежали… Я с поста. Она из-под ареста.

— Вы хоть понимаете, что я не смогу сделать вам папиры? — вздохнув, спросил я. — С документами вам придётся выкручиваться самостоятельно…

— Я надеялся, что ты сможешь помочь… — вздохнул стражник.

— И с чего такие надежды-то? — удивился я. — Что лично ты сделал такого, чтобы на такое надеяться?

На хмурый лик Гронги легла печать усиленной мыслительной деятельности, после чего бывший страж, наконец, изрёк:

— Я сбежал! — выдал он с совершенно невинным взглядом, после чего даже Рубари расхохотался.

— Ну раз сбежал, то да!.. Героический герой, хвала тебе!.. — отсмеявшись, сказал я. — Ладно, надо думать, что тут предпринять… Без помощи дома всё равно не обойдёмся. Рубари, заканчивайте с ремонтом!..

— Что, опять?! — возмутился механик.

— Ну а что делать, судьба такая… — кивнул я. — Не успели разобрать дирижабль, а уже пора снова всё собирать. И ещё Араэле надо письмо отправить. Пусть посоветует что-нибудь. А вы рассказывайте всё, что знаете. И подробно!

Тараки и Гронги, дополняя друг друга, начали свой печальный рассказ. Как и ожидалось, Тараки осталась после выброса на Саливари. У неё и в самом деле был ухажёр, и дело шло к свадьбе. А после того, как у Нанны появился папир, удалось оформить над ней официальное опекунство. Ничто не предвещало беды, но неизвестные ветра занесли на Саливари бывшего директора приюта Экори. И вот ведь незадача — пришёл он в банк. Да ещё и в тот день, когда Тараки и Нанна общались там с будущим мужем Тараки.