Книга Осколки былого величия, страница 153 – Лео Сухов

— Может, и не слухи… — заметил другой стражник, сидевший рядом с Игно.

— Радат, ну хоть ты-то!.. — взмолился десятник.

— Подождите, гра Игно! — попросил я и обратился к Радату. — Сможете объяснить, гра?

— Конечно, гра! Тут дело какое — дед мой был отставным военным. На границе тридцать лет прослужил. Вот он первый-то разик и заметил, что твари стали заметно умнее… И как-то глаже, что ли?.. — стражник задумался.

— Что значит «глаже»? Это как? — поинтересовался я.

— Ну дык… Твари-то, понимаете, все такие уродливые! — пояснил Радат. — Кожа буграми и в язвах, у кого чешуя, у кого шерсть, у кого — ещё что. Короче, они разные, но все как один — жуть какие страшные, на кого ни глянь. А тут, значит, как женщин стали похищать, треть из них как-то почеловечней стали выглядеть. Да и краснота из глаз прошла немного… А раньше-то у них глаза всегда алым светились, как говорят!

— Фант, честно говоря, я такое тоже слышал… — заметил Танг, и я кивнул, показывая, что понял его.

«Алое безумие» — не просто так ведь его так называли… Не только лишь потому, что диагностическая дымка Топи реагировала на заболевших алым цветом. И хотя жители Топи про красные глаза вроде бы не упоминали, но, возможно, и этот визуальный эффект присутствовал? В битве при Руно я видел, что у многих тварей глаза и в самом деле налиты кровью. Хотя, если честно, не назвал бы эту красноту свечением…

— Вот люди-то и подумали, что, может, наших женщин они захватывают, чтобы те им детей рожали? — продолжал между тем Радат. — Только домыслы это всё… Наверняка-то никто не знает, что и как есть. Но вот что точно сказать могу — в последнее время тварей стало куда как больше!..

Насколько это укладывалось в то, что знал я сам? Изменение жителей Топи легко приводило к тому, что они теряли голос, зрение и даже конечности. Причём без возможности восстановления. Что если нередким побочным эффектом изменений — и даже чрезмерных изменений — стала повышенная способность плодиться и размножаться? И что если раньше популяция тварей поддерживалась, в первую очередь, не размножением, а большим потоком беглецов из Топи?

Но если человеческие женщины могли рожать от изменённых… От этой мысли внутри всё холодело, но беда-то в том, что хоть нынешнее человечество об этом и не подозревало, но люди и твари были одним видом. И все изменения тварей не передавались по наследству. Ведь у жителей Топи рождались вполне обычные человеческие дети, которые изменялись лишь со временем. И что если такие дети обладали не только яростью и невоздержанностью своих родителей, но и более гибким умом?..

Ведь что я видел? Я видел организованных, хоть и туповатых тварей — при этом готовых ещё и прикрывать друг друга. А что мне про них рассказывали на севере? Северяне вообще тварей считали куда менее опасными, чем чудовищ. Ведь первые были просто тупыми зверолюдьми, а вот вторые обладали звериной хитростью.

В битве при Руно я видел других тварей… Совсем не таких, каких знали на севере. Сто пятьдесят лет — немалый срок. Если на Земле считалось, что поколения меняются за двадцать пять лет, то тут они сменяли друг друга за пятнадцать лет. Выходит, десять поколений!.. Гадство! И что теперь делать?!

— Так на так, но женщин они воровали давно… — продолжил Игно. — Да только воровать их можно было лишь на поверхности, а кто из женщин по доброй воле туда сунется?.. Разве что кухарки в мужских отрядах… В последние годы, правда, стало больше женщин куда-то пропадать на Лире, и эти случаи даже расследовались… Но не слишком успешно. Правителям-то что? Ну пропадало раньше десять женщин в месяц, а теперь — тридцать-сорок. При нашем населении и постоянном притоке людей — что десять, что сорок никто не замечает… Пропадают-то, в основном, нищие слои. А тут — начали мужчины пропадать… Да и вообще случаев исчезновения стало слишком много, и люди стали массово исчезать прямо на скале. Человек сто каждый месяц — виданное ли дело?!