Книга Осколки былого величия, страница 36 – Лео Сухов

Восемь часов боролся экипаж, попавший под выброс, за выживание дирижабля… Пока внезапная воздушная яма не бросила эфирный корабль прямо на вершину скалы, насадив его на острые пики елей. По инерции большая часть «Пап-ти» пронеслась дальше, круша вековые деревья — и бесследно канула за краем скалы. В живых остались только матросы, что были на корме в момент крушения. Да офицер карго Лара, до последнего пытавшаяся закрепить в трюме разболтавшиеся крепления груза…

На поверхности, всего в пяти сотнях метров под ними, лежал корабельный накопитель, жезлы с накопителем, личные накопители команды, спрятанные в каютах… И бегали десятки чудовищ, добивавших раненых товарищей внизу. Из двадцати одного человека, что спаслись на вершине скалы, пятеро скончались от ран. Еле-еле вытянули старого Унго и его товарища. Перелом у Лары сросся неправильно, и она начала хромать. Из тех, кто упал со скалы — в итоге никто не выжил.

Больше года оставшиеся в живых обустраивали свой быт на обломках дирижабля. Собирали по крупицам продовольствие, которое перевозил «Пап-ти», пытались его сохранить в летнюю жару. Искали воду и пневму, но всё, что удалось собрать — восемьдесят единиц. А этого было недостаточно для перерождения даже одного… Они давно потеряли надежду на спасение, но продолжали хранить — на всякий случай — сложенные в кучу дрова.

В мире Терры совсем не удивительно, что именно «Мэлоннель» наткнулся на потерпевших крушение… Во всяком случае, два старых матроса были очень довольны. И видели в этом перст судьбы.

— Это хорошо! Значит, проклятие снято, Фант! — пояснил мне Унго. Он успел побриться, снова привёл в порядок седые усы, но вот ногу и руку отрастить пока ещё не мог. — Значит, можно снова летать.

— А, может, ко мне на скалу? — спросил я.

Мы сидели в кают-компании вместе с Араэле и выжившими, слушая грустную историю гибели «Пап-ти».

— Не-е-ет! — сморщившись, протянула Лара. — Только не на скалу! Наскальники — те ещё лицемеры!..

— Согласен! — кивнул второй старый матрос, который худой и высокий.

— Да, Фант, ты извини… — поморщился Унго. — Скалы — это не для нас.

— На моей скале, надеюсь, всё удастся устроить иначе, — заметил я, а Араэле лишь насмешливо фыркнула.

— Всё равно как-то во флоте привычнее… — призналась Лара.

— Точно! — поддержали её матросы.

Араэле верно расценила мои сомнения. И помочь этим людям хотелось, и слишком далеко от себя отпускать их было нельзя, раз уж помнили в лицо…

Ещё немного подумав, она выразительно посмотрела на меня и напомнила:

— Тебе ведь нужны были свои торговцы. А тут тебе сразу и опытные матросы, и карго!

— И в самом деле… Может, помочь вам с собственным дирижаблем? — спросил я. — Унго, ты ведь опытный матрос. Значит, можешь быть боцманом. А то и вообще капитаном.

— Унго может! — веско подтвердила Лара.

— Да изначальные с вами! — матрос махнул на нас здоровой рукой. — Какой из меня капитан?!

— Старый и опытный! — засмеялась Араэле. — И надёжный. Такой, который Фанту и нужен.

— А дирижабль? А это? — Унго указал на свои увечья.

— Это вылечим, а дирижабль купим! — пожал я плечами. — Не за просто так, естественно. С обязательствами, само собой. И всё равно это лучше, чем кредит искать или на чужом корабле летать.

— Унго, соглашайся! — Лара подошла к старику и хлопнула его по здоровому плечу. — Такие предложения не каждый день делают!..