Книга Порочный бывший муж, страница 48 – Элена Макнамара

— Шатова? Уверена?

— А почему нет, мм? – внезапно завожусь я. – Или ты думаешь, я не способна на измену?

На лице Кирилла слишком много эмоций. Я не разучилась читать их. Он не верит… Но почти всегда находится место для сомнения, и сейчас это сомнение отчётливо видно на его лице.

Кирилл же судит всех по себе. А он – козёл, бабник, изменщик!

Замахиваюсь, чтобы дать бывшему мужу пощёчину. Не знаю, что на меня нашло. Я ведь всё это уже прожевала и переварила. И даже вылечила несварение.

Торопов – моё мучительное прошлое.

Прошлое!

Так какого фига он делает в моём настоящем?

Хватает мою кисть, сжимает, сдавливает до боли.

— Отпусти, – цежу сквозь зубы.

— Она – моя дочь, – точно так же цедит Кирилл. – Ещё раз припишешь ей чужое отцовство – и я…

— Что? Что ты сделаешь? – бесстрашно вывожу его на эмоции.

Больше эмоций, Кирилл! Больше! Покажи себя во всей красе, чёрт возьми!

— Я уже сказал тебе о своих методах наказания, Леся.

Его голос становится тихим и угрожающим. Губы растягиваются в циничной ухмылке. Опускает мою руку вниз, кладёт ладонь на свой пах. Сжимает моими пальцами свою твёрдость. Его напряжённый член ощущается так, как будто Торопов уже снял брюки. И пока я бездействую, застыв от шока, он ведёт моей ладонью вверх по своему стволу.

— Кирилл… не надо! – пытаюсь выдернуть руку.

Теперь глаза бывшего мужа не просто чёрные бездны. В самых их недрах разгорается огонь.

Второй рукой Кирилл притягивает меня за затылок и впивается своим наглым ртом в мои губы.

Боже… Нет! Ну нет же! Только не это!

Не позволяю себе отвечать на поцелуй. С Тороповым это всегда было сложно. Он умеет убеждать, умеет пленять и порабощать.

Самый настоящий бог разврата и секса.

Отворачиваюсь, разрывая поцелуй. Зажмуриваюсь. Под стиснутыми веками печёт от непрошеных слёз.

Правда в том, что моё тело не нашло замену этому подлецу за долгие пять лет. Моё тело по-прежнему хочет только порочного Торопова.

А сердце не хочет. Оно вообще никого не хочет, тратя всю любовь на дочь.

Одна предательская слеза всё-таки бежит по щеке, и я не успеваю её смахнуть.

— Леся… Лесичка, – хрипло шепчет Кирилл. Ведёт губами по щеке. – Просто скажи мне правду. Давай не будем прибегать к тесту на отцовство и опускаться до суда.

Его слова моментально отрезвляют.

Выдёргиваю руку, отшатываюсь. Сморгнув слёзы, с яростью смотрю на бывшего мужа.

— Зачем тебе дочь, Кирилл? Тебе же и одному хорошо. Никакой ответственности. Жизнь – вечный праздник. Деньги, девочки, бухло!

— Ты совсем не то говоришь. Твоя задача сейчас – извиняться и просить о пощаде, – усмехается он.

— Серьёзно? Извиняться? Перед тобой?! Пошёл к чёрту! Хочешь судиться – вперёд! Хочешь таким образом заставить страдать Милу? Что ж… Это в твоём духе. Тебе же плевать на чувства других людей. Живых людей. Плевать даже на маленького ребёнка. И в этом весь ты, Кирилл.

Уверенно шагаю к двери и распахиваю её.

Кирилл стоит ко мне спиной, замерев возле кровати. Он словно окаменел.

— Уходи. Иначе уйду я. И плевать мне на новую должность и работу.

— Чувства других людей? – разворачивается ко мне с шокированным лицом. – А о моих чувствах ты подумала? Это же… мой, блять, ребёнок! – рявкает он.

— У тебя уже был ребёнок, Кирилл, – мрачно отвечаю я. – Ты сделал всё, чтобы его не стало. Мила – моя дочь. Только моя.