Книга Эльфийская физика страсти, страница 18 – Алина Хэйс

Эриандиль стоял молча. Я обернулась и увидела, что его лицо вытянулось. Не в гневе, нет. В обиде.

— Ты… ты измеряешь нас, - сказал он тихо. - Ты записываешь нас в таблицы?

— А что мне ещё делать? - я удивлённо посмотрела на него. - Это же логично. Мы должны понять закономерности, чтобы улучшить результат.

— Анна, - он взял мои руки в свои, сжал их так, что я выронила карандаш. - Я не хочу быть экспериментом. Я хочу быть твоим мужчиной. Просто мужчиной. Без формул.

— Но формулы - это я, - сказала я, и голос мой дрогнул. - Это мой способ понимать мир. И тебя. Если я не могу описать это уравнениями, значит, я не могу это контролировать. А я боюсь того, что не могу контролировать.

— Ты боишься меня? - спросил он, и я увидела в его глазах боль.

— Я боюсь, что ты - это ошибка в моей системе, - честно ответила я. - Потому что ты не вписываешься ни в одну формулу. Ты - аномалия. И я не знаю, что с этим делать.

Он отпустил мои руки, отошёл на шаг и посмотрел на меня с высоты своего роста.

— Я люблю тебя, - сказал он просто. - Без графиков. Без расписаний. Без КПД. Просто люблю. С первого дня, когда ты упала на эту поляну и начала орать про туалет.

У меня перехватило дыхание.

— Ты… ты не можешь меня любить, - выдохнула я. - Мы знакомы всего неделю.

— Для эльфа - это вечность, - усмехнулся он. - Мы живём долго, но чувствуем быстро. Я знаю, что ты - моя истинная пара. Пророчество говорит правду.

— Пророчество, - я фыркнула, но внутри всё дрожало. - Ты серьёзно? Веришь в эту чушь? Истинная пара - это же как сказка. Как любовный треугольник в дешёвом романе. Это не наука.

— Это магия, - сказал он. - Но ты ведь уже поняла, что магия - это просто неизученная физика. Может быть, истинная пара - это просто квантовая запутанность. Наши души связаны, Анна. Я это чувствую.

Я стояла, прижавшись спиной к столу, и смотрела на него. Красивый, наглый, невыносимый. Он говорил о любви, а я - о цифрах. Он предлагал вечность, а я строила графики.

— Что, если я не умею любить? - прошептала я. - Что, если я только притворяюсь? Что, если я использую тебя, чтобы забыть о своей скучной жизни?

— Ты не притворяешься, - он подошёл ближе, прижал меня к столу, его руки легли на мои бёдра. - Ты слишком хамовата для притворства. Ты кусаешься, когда боишься. Ты смеёшься, когда тебе больно. Ты строишь графики, потому что не знаешь, как сказать «я люблю тебя» без формулы.

Я хотела возразить, но он закрыл мне рот поцелуем. И в этот раз я не думала о законах сохранения. Я думала только о том, как его руки сжимают мою талию, как его язык скользит по моим губам, как его дыхание сбивается.

— Я не умею говорить красиво, - прошептала я, когда он оторвался от меня.

— Не надо красиво, - ответил он. - Говори как есть. Даже если это будет про трение и КПД.

Я засмеялась, и слёзы выступили на глазах.

— Я тоже… люблю, - сказала я. - Но я не знаю, как это вписать в уравнение.

— Не вписывай, - он взял мой карандаш и разломал его пополам. - Просто чувствуй.

— Ты сломал мой карандаш! - возмутилась я. - Это был единственный! Теперь мне нечем чертить схемы!

— Я куплю тебе десять, - пообещал он, и в его глазах заплясали искры. - Но сначала… мне нужно доказать тебе, что страсть не измеряется числами.

Он подхватил меня на руки - с лёгкостью, которая меня всегда удивляла (мои девяносто килограммов были для него как пушинка), и усадил на край стола. Потом снял с меня брюки и бельё одним движением, даже не расстегнув пуговицы (порвал, гад, очередная вещь). И вошёл в меня резко, глубоко, без подготовки.