Книга Присвоенная, страница 6 – Виктория Волкова

А сегодня...

Мерседесы‚ словно дикие кони, вырвавшиеся на волю, несутся сначала по грунтовке из желтого ракушечника, а потом вылетают на трассу. Вдали виднеется панорама гор в седых снежных шапках. На фоне серого свинцового неба весь пейзаж кажется мрачным и монохромным. Кавалькада проезжает поворот в город и сворачивает куда-то влево.

«Куда меня везут?» — вздрагиваю невольно.

— Не волнуйся, мы едем домой, — сжимает мои пальцы Хафизов. И только сейчас до меня доходит весь ужас ситуации. Меня за грехи отца забрал чужой мужчина. К чему готовиться? Что меня ждет? И у кого просить помощи, если моя семья ценой моей жизни решила проблемы?

Не знаю.

Руки дрожат от страха и паники. И как я ни пытаюсь себя успокоить, ничего не получается. Машинально поправляю на плече мужское кашемировое пальто, вдыхаю аромат чужого парфюма и не нахожу себе места. Запах постороннего мужчины застревает в ноздрях. Кажется, я вся уже им пропиталась. Это нехорошо. Неправильно. Инстинктивно вздрагиваю, стараясь согреться.

— Не бойся, — перебирает мои пальцы Мурад. — Ты в полной безопасности, Белла. Сегодня мулла все оформит...

Ой, мамочки! Так бывает?

— Не бойся, милая, — повторяет Хафизов, заглядывая мне в лицо. И неожиданно резко просит водителя. — Останови, Саид.

Машина проезжает еще метров сто и замирает словно вкопанная.

— Давай поговорим, — тянет меня за руку Мурад. Вслед за ним выхожу на свежий воздух. Кутаюсь в пальто, накинутое на плечи. Через тонкую подошву легких домашних туфель чувствую острые камни, втоптанные в полотно горной дороги. Вслед за легкой болью по ступням вверх пробирается холод.

— Иди сюда, — подводит меня Мурад к голому кусту шиповника. — Ты выходишь замуж. Все будет хорошо и официально. Я тебе обещаю. Деньги всем затыкают рты. Никто не посмеет даже взглянуть косо. Ни одна собака не тявкнет. Теперь ты Хафизова. Белла Хафизова, — словно смакует на языке мою новую фамилию. — Ни о чем не беспокойся, — сдержанно поясняет Мурад. — Мои родственники полюбят тебя, как родную.

— Они не знают меня, — лепечу робко и, подняв глаза, залипаю на красивом холеном лице, на высоких скулах Хафизова и на голубых строгих глазах, похожих на льдинки.

— Узнают и одобрят мой выбор, — самодовольно заявляет Мурад. Обняв меня за плечи, резко прижимает к себе. Ладонь Мурада ложится мне на затылок. А губы накрывают мои нежным медленным поцелуем. Мне бы чуть запрокинуть голову, вжаться в Хафизова всем телом, но инстинкты берут свое. Просунув между нами руку, резко отталкиваю мужчину в сторону. И с ужасом гляжу на Мурада. Сейчас надает оплеух. Кто заступится?

Но Хафизов, смеясь, отпускает меня.

— Правильно, Белла. Девушка должна за себя постоять, — улыбается он, демонстративно убирая руки. И зацепившись за шипы растущего рядом кустарника, чертыхается негромко. Дергает локтем, пытаясь вырваться из захвата.

Не раздумывая, пытаюсь отцепить острые колючки от дорогой костюмной ткани. Получается, но не сразу. Боясь порвать, вытаскиваю каждую ниточку из острого захвата. Хафизов стоит совсем близко. Закрывает меня от ветра. Опаляет горячим дыханием. И кажется, улыбается довольно. Ощущаю запах чистого тела и того самого парфюма, пропитавшего пальто. Голова моментально идет кругом от близости.