Книга Миллиардер на перевоспитании, или как укротить эгоиста, страница 16 – Ани Марика

— А каким показался? — спрашивает он, осматривая свой двор.

— Надменным придурком, — бурчу.

Артур хрипло смеётся, волосы зачёсывает назад, сверкая голубыми глазами.

— Чаще всего я такой, — хмыкает, склоняясь. — Но когда рядом такая красивая и упрямая девушка, хочется соответствовать.

Чувствую, как щёки предательски краснеют. Гад обаятельный! Отворачиваюсь и иду по ступеням к крыльцу.

— Прости за вчерашнее, Василиса, — говорит он, перехватывая мою ладонь. — Я был взвинчен и расстроен из-за деда. Он был для меня поддержкой и опорой. С малых лет воспитывал. Отец — тот ещё забулдыга, плевать хотел. А дед забрал к себе нас.

— Я понимаю, меня тоже дед воспитывал, — признаюсь с грустной улыбкой. — Проехали, забыли.

Артур кивает и, отодвинув меня, возится со старым замком. После нескольких недолгих минут отчаянной борьбы у него всё-таки получается открыть дверь. Он галантно отходит в сторону, пропуская меня.

В нос бьёт запах сырости и затхлости. Морщусь и иду в темноте открывать двери и проветривать.

— Щиток слева возле чулана должен быть, — подсказываю, заходя в комнаты и распахивая ещё и окна.

Отплёвываюсь от паутины, прислушиваюсь к топоту разбегающейся живности. Как бы этот столичный мажор не сбежал, увидев мышь или кого покрупнее.

— Да будет свет — сказал монтёр! — шутит Артур, переключая рубильник.

Где-то раздаётся скрежет и грохот. Проводка искрит, помещение заполняется дымом, и лампочки в коридоре лопаются.

— Да уж, из тебя так себе монтёр, — фыркаю я. — Не волнуйся, дед с электрикой быстро справится, починит тебе.

— Тут жить вообще невозможно, — мужчина включает фонарик на телефоне и осматривает дом.

Согласно киваю. Тут не жили лет сорок, если не больше. В пыльном серванте стоит небольшая фоторамка двух мальчишек лет десяти. Один из них мой дед. А второй — его лучший друг. Лысые, загорелые. В обнимку стоят, позируют. Фото уже выцвело и пожелтело.

— Пойдём, — решительно разворачиваюсь и иду на улицу. — Вы с дедом проводкой займётесь, матрасы выбьете, почините мебель, а я приберусь, полы помою и пыль протру. Управимся за полдня.

Бодро бегу к себе. Нахожу своего дедушку с котятами. Озвучиваю масштаб наших работ. Он сразу же соглашается, подхватывает чемоданчик с инструментами. А я выношу из дома тряпки и постельное бельё.

До самого обеда я протираю пыль, подметаю, полы и окна мою. Дед копается в электрике вместе с Артуром. Мажорчик вроде как что-то даже делает.

Домик небольшой — всего две комнаты, кухня, санузел и коридор. Быстро управляюсь. Выхожу взмыленная на улицу.

— Ты не только красивая, но ужасно трудолюбивая, Василиса, — улыбается Артур, вытирая лоб запястьем.

— Хватит уже комплиментов, — фырчу, вручая тряпки. — Матрасы и подушки сам выбьешь и оставишь на солнце проветриться. Постельное бельё на столе лежит. А мне пора на работу.

— Может, тебя подбросить? — предлагает он.

— Нет уж. Я лучше на Драконе, — машу рукой.

— На каком драконе? — хмурится мужчина. Указываю на свой зелёный уазик. Артур усмехается и одобрительно кивает: — Похож.

— А то, — улыбаюсь гордо.

— Поужинаем вместе вечерком? Я шашлыки пожарю.

— Хорошо, — пожимаю плечами и запрыгиваю в машину.

До вечера время тянется ужасно медленно. Выезжаю проведать недавно родившую Зорьку. Лечу лапу местной дворняги. Реестры заполняю, инвентаризацию провожу. Бывают и такие дни, что дел нет. Но сегодня я этому даже рада. Утро выдалось насыщенным.