Книга Любовь в Сочи, мопс и белые ночи, страница 87 – Женя Онегина

В конце концов дорогу нам перегородило поваленное дерево. Ствол его был старым и прогнившим насквозь, но, чтобы его преодолеть, пары туристических топориков было совершенно точно недостаточно.

— Привал! – скомандовал Владимир, и мы с неохотой подчинились. – Нужно все-таки попытаться разжечь костер, так, чтобы с того берега было видно, и будем надеяться, что нас уже ищут.

И все-таки решение идти к реке было верным.

Нас обнаружили меньше, чем через час. На той стороне вдруг замелькали огни, и я немедленно вышел к воде. В глаза ударил холодный свет сразу нескольких прожекторов, и на противоположном берегу появились люди в форме спасателей.

В ходе переговоров, которые были значительно затруднены из-за грохота воды, было решено оставаться на месте и ждать, пока появится возможность форсировать реку. Падение уровня воды ожидалось к утру.

Спустя еще полчаса ниже по течению было найдено относительно узкое место, и нам смогли перебросить несколько спасательных комплектов, в которых нашлись фольгированные одеяла, сухпайки, вода и рация.

— Нужно было сказать, что среди нас есть раненый, – пробормотал Владимир недовольно.

— Не такая это травма, чтобы устраивать спасательную операцию, – в очередной раз возразил Гарик. – Только родных пугать! Я и так уже боюсь возвращаться. Меня же Маринка убьет. А потом Дашка. И мама…

— И Алиса, – зачем-то сказал я.

— Алиске будет не до меня, – хмыкнул Гарик. – Она будет убивать тебя.

Ванька заржал в голос, но я только сдержанно улыбнулся. Чувствовал я себя паршиво. Слишком многих я подвел, снова рискнул, думая только о себе. И опять сделал больно Алисе. О маме я старался не думать. Надеялся только, что рядом с ней Мика и Денис.

— Свят, ты давай с самобичеванием заканчивай, – словно прочитав мои мысли, ворчливо произнес Владимир. – Мы тут все взрослые люди. И виноваты одинаково.

Гарик издевательски потряс у меня перед лицом зафиксированной рукой, довольно улыбнулся и заявил:

— А когда меня закончат убивать, я стану героем. Меня будут вкусно кормить и жалеть!!!

— Вот на это я бы не рассчитывал, – ухмыльнулся Владимир.

— Но попытаться же можно! – возразил Гарик и добавил уже серьезно: – Никто не виноват в том, что случилось, Ремизов. Нельзя просчитать все на свете. Иногда людям просто не везет.

— К тому же это был тест-прокат, – напомнил Иван. – Даже не обкатка перед стартом. Зато теперь мы знаем все слабые стороны маршрута.

— И сильные тоже, – поддержал Владимир. – Я думаю, что идея с глэмпингом жизнеспособна, Свят. Только нужно не торопиться, а все как следует продумать.

Сидя с ребятами у костра, я чувствовал себя последним идиотом. Но при этом, где-то глубоко внутри зарождалась странная уверенность в своих силах. И я был благодарен им за эту поддержку.

За ночь новый план обрел вполне реальные очертания. И хотя все мы безумно устали и вымотались, я возвращался на базу почти в приподнятом настроении.

Но я абсолютно точно не был готов к тому, что там меня будет ждать отец Алисы. До этого я видел его всего лишь раз и мельком, на побережье. Но они с Алисой были неуловимо похожи, и я сразу узнал его.

Он стоял рядом с мамой, аккуратно поддерживая ее под локоть, и спокойно и размеренно разговаривал по телефону. Время от времени взгляд его останавливался на Гарике, и тогда мужчина недовольно хмурил лоб, как будто решал сложную задачу. Невольно подумалось, что из всех многочисленных родственников Гарика реальная угроза может исходить именно от этого внешне абсолютно спокойного мужчины.