Книга Дом на краю, страница 45 – Женя Онегина

Дождь закончился на границе. Да, именно так. Под беспросветным ливнем они въехали в туннель на территории Словении, а спустя несколько минут выехали из него в солнечной Австрии. Асфальт под колесами был абсолютно сухим. А машины все еще мокрыми. На ближайшей заправке они купили виньетки, обговорили маршрут. Спустя еще три часа Австрия осталась позади. «Финик» вел Артем, Соня и Ника спали. В салоне звучала «Мельница», а Кирилл ел персики и смотрел в окно. Настоящие снежные Альпы и Зальцбург остались в стороне. Ему нестерпимо захотелось приехать сюда еще. Хотя бы за печеньем в шоколадной глазури, на упаковке которого нарисован Моцарт. Потом был обед в приграничном Микулове, состоящий из наваристой похлебки с фасолью и душистого хлеба, и нытье Мити и Сони. Явно подкупленные неприятелем, они хотели попасть в замок Ван-Хельсинга. В Пернштейн. Артем очень хотел выиграть спор, и поэтому усиленно подогревал их интерес рассказами о чешских замках, чешском пиве и чешской нечисти. Это и стало его ошибкой. Митя до одури боялся всякой нежити. Даже не так. Его от этих разговоров тошнило. Видя, как Митяй стремительно зеленеет от одного лишь описания замковых казематов, Соня набросилась с обвинениями на отца. Артем, усмехнувшись, посмотрел на Кира. Но промолчал. Предложенная как альтернатива экскурсия по Микулову была на английском и затянулась на три с лишним часа. Только вначале пятого разъяренный Кирилл вырвался на свободу. И тут же услышал ехидное:

— Может, остановимся на ночь в Брно? – Соня подняла на него невинный взгляд нереально синих глаз.

— А твой бритоголовый знакомый готов нас принять? – поинтересовался Кирилл.

— Какой еще знакомый? – взревел Артем, а Кир показал бессовестной девчонке язык.

И снова небо над Аустерлицем. Ясное. Высокое. Заставляющее сердце сжиматься в груди. Теперь машину вел Кир. Артем спал на заднем сиденье. Ника во все глаза смотрела на нового соседа и подозрительно молчала. Соня сидела впереди хмурая. Они с Митяем хотели побывать в Будапеште. Но Кирилл настоял на Варшаве. Артем был с ним солидарен. Спустя еще пару часов они миновали Чехию и въехали в Польшу, надеясь по автобанам добраться до Варшавы за пять – шесть часов. Но ремонт дороги, конечно же, спутал все планы, и Кирилл снова окунулся в романтику польских деревень. Облако дорожной пыли и пробки. Стадо коров, преградившее им дорогу. И огромный бык, проявивший к ним странный интерес. Девочки спали. Машину снова вел Артем. В зеркале заднего вида то и дело мелькал розовый «Сузуки».

— Ты думаешь, у них все серьезно? – задал Артем самый важный и самый глупый вопрос.

— А сам как думаешь? – не глядя на него, спросил Кирилл.

— Соньке восемнадцать… – протянул Артем и замолчал.

— Не поверишь, но я в курсе, – усмехнулся Кирилл, – она постоянно напоминает мне об этом.

— В смысле?

— Ты воспитал неглупую дочь, Артем. Дай ей возможность пожить своей головой.

— А что насчет твоего брата?

— Он добрый парень, – ответил Кирилл и улыбнулся.

Артем расхохотался.

Перед самым отъездом из Пирана Митя заявил, что вместе с Соней едет в Питер. Артем сжал огромные кулачищи и прогрохотал:

— Жить к нам не пущу!

— А я поступать еду, – ответил Митя, и, увидев, удивленный взгляд Кира, добавил: – Попробую перевестись. Даже если с потерей года.