Книга В разводе. Лоскутное одеяло сердца, страница 69 – Лана Полякова

Илья Сергеевич зорко глянул в нашу сторону и, позволив маме забрать Трика, удалился следом за ней во двор.

А мы с Никитой остались вдвоём около калитки.

— Слав? Полетели сегодня? — предложил он.

— Ну, уж нет. Я хочу хоть в день второй собственной свадьбы привести себя в порядок. Сходить обновить маникюр, подстричься, и вообще почувствовать себя девочкой. Ухоженной и любимой. И не переживать на отдыхе за дешманский педикюр. Поэтому полетим завтра! – хмыкнула я и посмотрела на Крылова с упрёком.

Он ответил мне непонимающим взглядом и произнёс:

— Тебе не нужны все эти уловки! Ты даже не представляешь, как ты красива!

— Спасибо. – Улыбнулась я Никите и добавила, — Но мне хочется ещё и уходовых ништяков. И это не обсуждается. Не дави на меня! Сегодня только второй день твоего присутствия в нашей жизни, а ты уже затащил меня в ЗАГС. Имей совесть, Крылов!

Никита поднял брови с видом «Не понимаю, о чём это ты вообще говоришь». Затем, как не в чём ни бывало, спросил:

— Кстати, как думаешь, брать нам с собой моего помощника?

— А надо? – Удивилась, не представляя, как можно жить с постоянно ошивающимся рядом чужим человеком.

— Ну… — протянул Никита и закатил глаза.

А я залюбовалась, каким живым и юным стало его лицо в этот момент.

— Я привык к его присутствию. – Тем временем продолжал Никита, — Он всегда занимается бытовыми вопросами в поездках. С другой стороны, я хочу побыть с семьёй. И есть удалённая связь, если что. И у меня в Китае есть партнёры, если что.

Помолчал, чуть улыбаясь, и мечтательно добавил:

— Ты, жена моя, вносишь в мой мир хаос и разнообразие. Я оживаю рядом с тобой.

— Ты сейчас похож на моего мужа, — не выдержав, призналась я, добавив с улыбкой, — А когда приехал, выгрузился из своего танка, словно Командор к Донне Анне. Такой же невозмутимо-каменный и неживой. Статуй, одним словом.

— Обронзовевший? – улыбаясь счастливо, спросил Никита.

— Окаменевший! Нахохлившаяся, окаменевшая от солнечного света гаргулья на крыше собора, – ответила я.

Мы замолчали, греясь вдвоем в ожившем прошлом.

— А кстати, донна Анна, а что за молодой кабальеро ошивался рядом с тобой в тот день? – нарушил наше уютное молчание Никита.

— Это не важно, – усмехнулась я.

— И всё же? – нахмурился мой муж.

Нет, ну вы посмотрите! Без году несколько часов, как женился и уже быкует!

— Я собиралась за него замуж, надеясь прикрыться от твоего напора высокопоставленными родственниками молодого мужа, – ответила, чеканя слова, и спросила, глядя в бесстыжие крыловские глаза, — А как поживает твоя дама по договору для интимных услуг. Ты уже расстался с ней?

— В первый же день отправил расторжение договора и заплатил неустойку, – усмехнулся Никита и поднял вверх ладони, сдаваясь, и добавил, - я не собирался больше жениться и свел общение с женщинами к четко-договорным.

Но меня несло. Всё-таки я ещё не остыла после насильственного бракосочетания.

— Звучит ужасно. С живыми людьми так нельзя! Мне мой ухажёр обошёлся даром, – проговорила, поджимая губы и любуясь смешинками и морщинками вокруг крыловских колдовских глаз.

— Слав. Я…— начал было Никита, но я перебила его, не давая развить тему:

— Придержи свою ревность. У меня не меньше поводов!

— Ты ревнуешь? – изумился Никита.

Я ответила ему со всей возможной серьёзностью, на которую способна: