Книга Сильнее, чем ты думаешь. Книга 2, страница 18 – Мария Летова

На моей радужке жжение, когда Охотник наконец-то смотрит мне в глаза с расстояния вытянутой руки.

Наш контакт превращается в еще одну паузу, и никто не произносит банальное «привет». Мой язык вообще прилип к нёбу, ведь я не знала, что сказать, еще тогда, после нашей последней встречи.

Паша коротко смотрит на зал, повернув голову. Чуть хрипло делится своим мнением:

— По-моему, неплохо.

Это не первая наша совместная выставка, нам есть с чем сравнивать, и мы, разумеется, «говорим об одном и том же».

Я его копирую — смотрю в сторону. Набираю в легкие воздуха, чтобы сказать:

— Да. По-моему, тоже. Планируешь шопинг?

— Не до такой степени, — отзывается Багхантер.

Теперь я делаю шаг в сторону, и ритм моего сердца не позволяет двигаться медленно. Он неровный, неправильный, кривой. Мне кажется, что я слишком громко дышу, ведь я слышу дыхание Охотника рядом, а у меня оно вряд ли будет тише.

Я исподлобья смотрю на экспонат, перед которым стою.

— У тебя крутая диета, — замечает Павел.

— Нравится результат?

— Я боюсь дать неправильный ответ. Лучше скажи, что хочешь услышать.

— Боже… все так плохо? — выпаливаю я, посмотрев на него.

— Нет, — говорит он. — Не хочу нарваться на мину. Если скажу, что все очень круто, можно подумать, что раньше было хуже.

— Именно так и будет, — заверяю я.

— Ты в любом случае красивая, — отвечает он на мое заверение.

Я прохожу дальше, сплошняком изучая экспозицию. От скульптуры к скульптуре, в то время как Паша остается стоять на месте. Он просто наблюдает за мной оттуда, делая по паре шагов то в одну, то в другую сторону. Смотрит то на меня, то себе под ноги.

Я никогда не была рядом с ним даже мало-мальски шипастой, а сейчас это не так. Может, поэтому он нейтрально спрашивает, когда я возвращаюсь:

— Хочешь внизу прогуляться?

— Да.

Там осталась еще пара коридоров, в которые я не заходила.

Своипотребности Паша никак не обозначает, мы половину пути проделываем молча, но чем дольше это молчание длится, тем сильнее ощущается, а не наоборот.

Просто ходить и молчать — с ним это сложно, ведь эта тишина скрипит, особенно потому, что мы оба не торопимся уйти. И потому, что я чувствую, как время от времени припекает затылок обращенным на меня взглядом.

Когда выходим на улицу, там уже темно, и, наверное, впервые за полчаса мы друг к другу лицом. Я надеваю куртку, а Багхантер качается на пятках, снова пристроив в карманы руки. И когда я отхожу на полушаг в сторону, он делает такой же следом…

— Как насчет где-нибудь присесть? — спрашивает Паша.

Я осматриваюсь вокруг, просто чтобы глаза привыкли к сумеркам. Ну или потому, что хочу немного задержать ответ. Не из-за того, что мне шипы жмут, а из-за перспективы, которая открывается.

Теперь звук его дыхания перебивают посторонние шумы города. И мой ответ они слегка глушат, но Багхантер его слышит, ведь после моего «давай» припаркованная на той стороне узкой старой улицы машина пищит сигнализацией и щелкает поднятыми вверх замками.

Он выбирает место сам — и делает это быстро. Если чего-то и нет в нашем общении сейчас, это самого общения, только действия: хлопки дверей, щелчки ремней безопасности, звук мотора, голос из навигатора, который велит Паше развернуться, и даже это Охотник делает торопливо.