Книга Куколка против Вен(л)ика, страница 28 – Нелли

Лика опустилась на одно колено. Её движения были быстрыми, экономными и пугающе точными. Пока Кларисса пыталась сформулировать, кто эта «милая горничная», Лика за три секунды организовала пространство вокруг рассыпанных вещей.

— Итак, — произнесла Лика, и в её руках мгновенно оказалась помада без колпачка. — Помада «Chanel», оттенок «Rouge Noir». Судя по запаху и текстуре — срок годности истек два года назад. В мусор.

Кларисса ахнула, открыв рот.

— Моя любимая помада!

— Это была помада, а теперь это биологическая угроза, — невозмутимо отозвалась Лика, подхватывая связку ключей. — Ключи от квартиры на Остоженке. Судя по отсутствию характерных микроцарапин на бородке — дубликат, который никогда не использовался. В боковой карман.

Она продолжала «зачистку» с такой скоростью, что казалось, у неё не две руки, а минимум четыре.

— Счёт из ресторана полугодовой давности... зажигалка, хотя вы не курите... ролик для чистки одежды, весь облепленный шерстью этих... существ. А вот это интересно. — Лика подняла прозрачный флакон с таблетками. — Успокоительное. Срок годности в норме, но крышка неплотно закрыта. Судя по дозировке, Кларисса, вам пора обновить рецепт, эти уже выдохлись и работают только как плацебо.

Вениамин стоял, завороженный этим зрелищем. В его голове происходил тектонический сдвиг.

Пока Лика сортировала содержимое сумки Клариссы с выражением лица судебного эксперта, три собачки окончательно решили, что офис Вениамина — это не место работы, а интерактивный парк развлечений для мелкой декоративной фауны.

Фиалка, самая мелкая и самая решительная, забралась на кожаный диван, встала на подушку всеми четырьмя лапами и принялась рыть её так, будто под обивкой был спрятан клад времён Наполеона.

Марципан, пёсик с трагическими глазами и жилеткой в клеточку, обнюхивал ножку стола Вениамина с таким серьёзным видом, словно проверял её на соответствие санитарным нормам.

Бусинка же, единственная из троицы, кто производила впечатление существа с интеллектом выше декоративного кактуса, нашла на полу ремешок от Клариссиной сумки, решила, что это опасный противник, и начала с ним поединок.

— Кларисса, — Вениамин потёр переносицу, — они сейчас уничтожат мой кабинет.

— Не драматизируй, Веня. Они просто исследуют пространство.

— Фиалка пытается раскопать мой диван.

— Она чувствительная. Возможно, диван несёт негативную энергетику.

Лика подняла голову.

— Диван несёт следы кофе, пыли и одного бутербродного инцидента трёхмесячной давности. Негативная энергетика не обнаружена.

Вениамин медленно повернулся к ней.

— Какого бутербродного инцидента?

— Вам лучше не знать.

— Это мой диван.

— Именно поэтому вам лучше не знать.

Кларисса рассмеялась.

— О, Веня, какая у тебя забавная помощница. Она говорит так, будто ведёт протокол вскрытия.

Лика положила просроченную помаду в отдельную кучку и подняла глаза.

— Если продолжите разбрасывать косметику по кабинету, протокол действительно понадобится. Косметический.

— Это угроза?

— Это прогноз.

Вениамин кашлянул, пряча улыбку.

Кларисса заметила. Разумеется, заметила. Она вообще могла не замечать дорожные знаки, время, стоимость парковки и собственные обязательства, но мужскую улыбку, направленную не на неё, ловила мгновенно, как радар.