Книга Болен тобой, страница 65 – Тина Рамм

Марк пятился, уводя меня за собой, и я шла, не сопротивляясь, не думая, плывя. Он прижал меня спиной к холодному стеклу балконных дверей, а сам навис надо мной, такой большой и горячий.

Его руки работали быстро, нетерпеливо. Мои пальцы нашли его пуговицы – и тоже заметались, расстегивая одну за другой. Ткань расходилась под моими руками, открывая горячую кожу, темные волосы на груди, и я задыхалась, не в силах дышать нормально. Одна пуговица отлетела от моего нетерпения, вторая – за ней. Марк тихо выругался, но не остановился.

— Ты сегодня собиралась трахнуться с Рафаэлем, м? – его хриплый голос звучал прямо у моего уха, от него у меня задрожали колени. – Ты бы позволила ему вставить в себя его член?

Поддев костяшкой указательного пальца мой подбородок, Марк заставил меня посмотреть на него:

— Отвечай, Варя. Ты бы позволила ему трахнуть себя?

Я открыла рот, чтобы возразить, чтобы сказать ему, что нет, что я собиралась его бросить, что я не хотела этого, что я...

Но он не дал мне сказать ни слова. Его рот снова накрыл мой, а потом его зубы легонько прикусили мою нижнюю губу, и я застонала ему в рот.

— Больше, – он отстранился на секунду, и его глаза горели таким огнем, что мне стало страшно… и сладко. – Ни один мужчина, кроме меня, не прикоснется к тебе. Уяснила? Ни один.

Внутри меня всё трепетнуло… так сильно, что я чуть не заплакала. От осознания, что онмой . Что яего .

Что всё это время, все эти недели, мы принадлежали друг другу, даже когда делали вид, что нет.

— Я буду брать тебя до утра, мышонок.

Его руки легли на молнию моего платья.

Один рывок, и ткань скользнула вниз по моему телу, мягко, как вода. Платье упало к моим ногам, и я перешагнула через него, даже не посмотрев. На мне не было лифчика – платье предполагало голое тело, и сейчас я стояла перед ним почти обнаженная, в одних кружевных стрингах, и мне было... всё равно.

Мне был нужен только он.

Марк выдохнул. Тихо, хрипло, как человек, который слишком долго сдерживался.

Его ладонь легла на мою голую грудь. Он сжал её, и я закинула голову, упираясь затылком в стекло. Его большой палец нашёл мой сосок, и я тихо вскрикнула. Потом он наклонился, его рот накрыл сосок – он дразнил, кусал, сосал, и я чуть не кончила прямо там, стоя, прижавшись к холодному стеклу балкона.

— Марк... – мой голос был чужим, хриплым, не моим. – Пожалуйста...

Он развернул меня лицом к двери и прижал к стеклу. Я вздрогнула от контраста – там, спереди, был холод, а сзади – его горячее тело.

— Марк... – я снова выдохнула его имя, как молитву.

Его руки скользнули вниз, к моей талии, и я услышала звук: металл, щелчок. Он расстегивал ремень. И этот звук… тихий, почти интимный, заставил меня задрожать с головы до пят.

Он наклонился ко мне. Его губы коснулись моего уха, и его голос, низкий, хриплый, собственный, произнёс слова, от которых у меня внутри всё перевернулось:

— Я хочу, чтобы эта ночь осталась с тобой. Чтобы даже через годы – ты вспоминала, как мой член был внутри тебя. Чтобы ты помнила, как я трахал тебя у окна.

И он вошёл в меня.

Медленно. До самого конца. Так, что я закричала – тихо, в стекло, в которое упиралась лбом. Мир сузился до одной точки.

Он замер на секунду, давая мне привыкнуть, давая мнепрочувст вовать. Марк лбом прижался к моему плечу, его дыхание было рваным, горячим, его руки сжимали мою талию так, что завтра останутся синяки, и мне было плевать.