Книга Батя одного хулигана, страница 11 – Алёна Амурская

— Коля, - сказала я тихо, - Ты хоть думай немного, прежде чем всякую чушь нести.

Он дёрнул подбородком, но глаза тут же убежали в сторону. И я поняла: задело. Удобно им было до тех пор, пока рядом не оказалось взрослого, который не побоится вмешаться.

— Слушаю последнее объяснение, - повторила я ровно. - Почему у вас в руках его часы?

— Он сам выпендривался, - влез Витя Петров. - Со своими этими… - он кивнул на мою ладонь, где лежали старые часы, - развалюхами. Мы просто сказали: дай глянуть. А он нос задрал. Вот и получил..

— Всё, хватит, - перебила я. - „Вот и“… это вы друг другу рассказывайте. А со мной такой фокус не прокатит. Сейчас втроём разворачиваетесь и спокойно топаете в свой класс. Без беготни. Я позже зайду и с учительницей, и с родителями разберём, почему чужие вещи трогать нельзя и зачем язык надо держать при себе.

Они переглянулись, явно прикидывая, стоит спорить или нет..

Я посмотрела на них так, как смотрят учителя, с эдаким прямолинейным посылом: сейчас вам, ребятки, лучше подчиниться. Коля Иванов чуть оробел и дернул плечом, Витя Петров скривился, Алёша Сидоров вздохнул... и вся троица, потеряв видимость стаи, послушно двинулась прочь.

Я проводила их взглядом до поворота, чтобы у них точно не было соблазна шепнуть "пару ласковых" на прощание задиристому первокласснику.

— Дай, - тихо сказал тот за моей спиной, и в этом «дай» не было ни просьбы, ни приказа. Только сосредоточенность на одном-единственном предмете, по какой-то причине важном для него.

Я раскрыла ладонь. Часы были механические, стекло исцарапано, ремешок треснул у отверстия для пряжки.

— Они не работают, - заметила я.

Мальчик мотнул головой, и темная вихрастая прядь свалилась ему на лоб..

— Это не важно, - сказал он и требовательно вытянул ладонь. - Они мои.

Я протянула ему часы, и только тогда заметила на металлической крышке, поцарапанной наискосок, кривую надпись:«Ромке от Феникса» .

— Рома? - я позвала его по имени тихо, опасаясь спугнуть.

Мальчик дёрнул подбородком и кивнул, даже не поднимая толком глаз.

— Я Ангелина Андреевна. Новая учительница, - представилась я нарочно вслух, чтобы у него было за что ухватиться. Чтобы он понял: перед ним взрослый, которому можно доверять хоть чуть-чуть.

Я вложила часы обратно в его ладонь и мягко прикрыла сверху своей рукой.

— Держи свои часы. - Помолчала секунду и добавила доверительным тоном: - Знаешь, такие вещи очень ценятся в мире на самом деле. Иногда люди считают их даже важнее драгоценностей, потому что у них есть своя история и память, прямо как у настоящего человека. И потому они теплее, чем любая новенькая пластмасса с крутой программой. Береги их.

Он не ответил. Только вдохнул резко, как будто воздух на секунду застрял в горле. Потом сжал кулак с часами так сильно, что костяшки побелели, и посмотрел на меня колючими серыми глазами. Прямо, но настороженно. В этом взгляде прямо-таки читалось: «Я тебе не доверяю, болтай что угодно». Выражение лица у него напоминало зверька, который делает вид, что ему не страшно, а на самом деле готов в любой момент рвануть прочь.

Я вздохнула и сказала:

— Пойдём вместе к директору, Рома. Думаю, он должен знать, что случилось. И вы сами всё обсудите.

Мальчик мгновенно застыл, как будто его поставили на тормоз. Глаза опустились в пол, плечи подтянулись к ушам.