Книга Ещё раз, и ты моя, страница 68 – Ксения Фави

Мишу я не спрашиваю, где и как он будет отмечать. Не сказать, что такую молчанку считаю нормальной, но и выяснять отношения не хочу. Сам он вообще пропадает вечером тридцатого. Желает сладких снов, а доброе утро уже нет. Ну и ладно.

Тридцать первого я немного убираюсь с утра, потом иду прогуляться за мандаринами (единственным атрибутом моего праздника) и принимаю ванну.

Завернувшись в оранжевый махровый халат под цвет фруктов, чищу их перед телеком. На экране семейная комедия. Все же хочется встретить новый год на каком-то позитиве.

Звонок в дверь махом рушит атмосферу покоя. В голове проносится и Вадик, и затопленные соседи. Кто еще может ко мне прийти?

Смотрю на экран видеоглазка… Сердце подпрыгивает.

А пальцы дрожат, когда отпираю замок.

— Я уже думал, тебя нет дома.

Лыбится. Вот ведь! Строго свожу брови.

— А я должна сидеть дома?

— Я предположил, что тебе никуда не захочется.

Смотрю на него. В коричневом клетчатом пиджаке без верхней одежды. А в руках… Что это? Что-то вроде мини-елки. В такой же круглой коробке присылал розы, только зеленой. Еловые веточки, украшенные мандаринами, шишками, крупными палочками корицы. Мило… В другой руке большой белый пакет.

— Впустишь? — поднимает брови.

— Мм… Да, проходи!

Удивилась так, что держу на пороге его же квартиры.

— Спасибо.

Аксенов разувается и проходит сразу в гостиную. Ставит "ёлку" на стол. Пакет возле. Уходит вымыть руки и быстро возвращается. Уже без пиджака, в коричневых брюках и белой рубашке.

— Почему ты не в костюме деда Мороза? — хмыкаю. — Было бы эффектно.

— Не пришло в голову, — выдыхает Миша, — иди сюда.

Я не то что бы обижена. Просто заморозилась как-то в этой разлуке. Под стать зимнему празднику.

Так что подходит он сам. Опускает ладони на талию. Смотрит в глаза.

— Я соскучился.

Говорит серьезно. А я просто смотрю на него, все еще в легком шоке.

Он бросает взгляд на мои губы и тянется к ним своими. Ловлю его поцелуй инстинктивно, вообще не задумываясь. В рот врывается его упоительный вкус. Язык мужчины с нежностью гладит мой. Понемногу начинаю оттаивать, хоть у меня еще есть вопросы.

Аксенов целует все глубже. На место нежности приходит сила. Его губы вжимаются в мои, захватывают, всасывают. Язык уже не ласкает, а борется с моим.

Кислорода не хватает, ноги подгибаются. Как же сильно он действует на меня! От этого и восторг, и страх. Замираю.

— Что-то не так? — Миша разрывает поцелуй.

— Нет, — пожимаю плечами.

— Я боялся не прилететь, — он не выпускает меня из объятий, — прогноз погоды менялся каждый день. Думал уже, встречу новый год в Восточной Сибири.

— Вот где ты был…

Аксенов щурится, смотрит мне в глаза.

— Прости, нет привычки…

— Отчитываться? Я не требую…

— Рассказывать о своих передвижениях. Ты ничего не требовала, я в курсе. Но только сейчас понял, как это выглядело.

Он усмехается напряженно.

Морщу лоб. Не знаю, что сказать.

— Ты говорил, что празднуешь новый год в поездках.

— Хорошо, что в этом году получилось нарушить традицию. Прости…

— Тебе не за что извиняться.

Он качает головой. Снова накрывает мои губы поцелуем. Все, что не получилось сказать словами, мы выплескиваем в этой борьбе губ и языков.

Но градус противостояния все ниже, и все больше нас захлестывает страсть. Еще недавно я была льдинкой, а сейчас мне хочется, чтобы он целовал не только мои губы. Я хочу почувствовать его возвращение целиком и полностью.