Книга Сердце на льду, страница 20 – Анна Эйч

Уже второй раз за день мы готовы сжечь друг друга взглядами. Впервые встречаю такую упрямую девчонку: дерзкую, колючую и готовую спорить до хрипоты, лишь бы не принять помощь.

Я прикладываю компресс к её руке и пытаюсь пробить стену, которую она возводит между нами.

— Зачем ты пришла сюда? Тебе мало тренировок?

— Мало.

Её ответ звучит коротко, но в нём чувствуется напряжение.

— Ты понимаешь, что этой самодеятельностью можешь только навредить себе? Не просто так существует план подготовки спортсменов: всё рассчитано – ни больше, ни меньше.

— Они бесполезны.

— Почему ты так решила?

— Потому! – отрезает эта русская бестия и тут же добавляет: – Могу я идти?

— Нет! – твёрдо осаждаю её воинственность и обхватываю хрупкие плечи, заставляя встретиться со мной взглядом. – Я тебе не враг. Расскажи, что с тобой происходит.

— Ничего со мной не происходит!

— Я знаю, что ты врёшь. Ты ведь не новыми коньками ноги стёрла? Как ты получила эти мозоли?

— Не пытайтесь делать вид, что знаете больше остальных! Нет никакой тайны! – она резко отстраняется. – Я тупая курица, надела новые коньки без подготовки. Всё! Довольны?

Сена спрыгивает с кушетки и тянется за своей сумкой, но я успеваю перехватить её первым. Удерживая сумку за спиной, задаю следующий вопрос:

— Когда? Когда ты купила коньки?

— Какая разница?! – она снова делает попытку выхватить сумку из моих рук, но я не отпускаю.

— Просто скажи дату. Когда ты стерла ноги?

— Что за бред?! Зачем тебе это знать? Я уже не помню! У меня все дни одинаковые!

— Примерно скажи.

— Ладно! Позавчера! Да, я купила коньки, сходила на тренировку и утром пришла к тебе на осмотр. Всё? Доволен?!

Я смотрю на неё внимательно и спокойно произношу:

— Ты купила коньки перед утренней тренировкой.

Сена теряется и перестает тянуться за сумкой. Понимает: это был не вопрос, а утверждение. Её взгляд становится настороженным, но в нём мелькает искра испуга.

Кажется, Зефирка, я всё-таки знаю больше, чем ты думаешь.

— Я купила их вечером перед тренировкой… – голос Сены теряет прежнюю уверенность, как будто она сама не верит своим словам.

— Вечером? – я бросаю её сумку к ногам, не скрывая раздражения. – Коньки с этим серийным номером были куплены вчера утром. Прямо перед тем, как ты пришла на осмотр. Новые коньки здесь ни при чём.

Я тяжело выдыхаю, проводя ладонью по лицу и ерошу волосы. Усталость наваливается всей тяжестью. Спорить с ней больше нет сил.

— Сена, я не стану рассказывать о сегодняшнем инциденте. Но о мозолях я обязан сообщить тренеру и руководству. Если ты занимаешься чем-то незаконным или вынуждена зарабатывать себе на жизнь, тебе помогут…

— Нет! Я… я всё скажу! – дрожащим голосом сдается, начинает активно мотать головой из стороны в сторону. – Ничего такого! У меня есть деньги! Я просто…

— Просто? – повторяю, поднимая бровь.

Я замираю, ожидая, что вот-вот она сбросит на меня очередную бомбу, с которой мне придется разбираться. Чем можно так загубить ноги, если не тренировками на льду?

— Я участвую в уличных танцах! – выпаливает она наконец, будто освобождаясь от тяжёлого груза.

— Танцы? – я моргаю, не сразу понимая услышанное.

— Да, танцы… Просто надела неудобную обувь. Начался баттл, а уйти было нельзя – пришлось танцевать как есть. Знаю, это глупо, но я не могла подвести команду. Да и честно говоря, на адреналине даже не почувствовала боли.