Книга Сердце на льду, страница 45 – Анна Эйч

— Ты прав. Мы отлично справились. Мне уже не терпится перейти к следующему шагу.

— Дай мне две недели: закончу все дела здесь и прилечу в Канаду. Займусь поиском подходящего места под клинику и решением организационных вопросов.

— Это было бы очень кстати, – киваю я в трубку.

Мы быстро обсуждаем план действий на ближайшие две недели до его приезда, после чего я отключаюсь и снова погружаюсь в работу. Несмотря на сравнительно небольшую загрузку в комплексе, полноценного отдыха у меня давно не было. Усталость копится день за днём, и я всерьёз начинаю задумываться о том, чтобы переночевать прямо здесь, в кабинете.

— Пора заканчивать жить в таком режиме, – вздыхаю я, снимая очки и массируя веки.

На часах ещё нет десяти вечера, а глаза уже предательски слипаются. Когда-то в это время я только выходил из дома – навстречу ночным приключениям и новым знакомствам с очередной красоткой на вечер.

— Наверное, именно так и выглядит старость, – ворчу я себе под нос, разглядывая в зеркале своё отражение с трёхдневной щетиной. – С такой физиономией мне разве что обезьянок в зоопарке цеплять, а не девушек в баре.

Усмехнувшись собственной запущенности, я ополаскиваю лицо холодной водой, закидываю сумку на плечо и выхожу из кабинета. Осталось продержаться всего две недели: скоро Оливер со своим помощником прилетят в Канаду и возьмут на себя хотя бы техническую часть подготовки клиники к запуску. Мне же останутся задачи, связанные непосредственно с медициной и спортом.

Я уже почти дошёл до лифта, когда тишину пустынного комплекса неожиданно нарушают посторонние звуки.

Нет, нет и еще раз нет! Я не готов снова спасать задницу это маленькой катастрофы с солнечными волосами и гипнотическими глазами. Хватит с меня авантюр и уговоров держаться подальше от неприятностей – у меня и без её участия забот хватает.

Завершив мысленно вполне убедительный монолог о собственной благоразумности, я решительно нажимаю кнопку вызова лифта. Двери раскрываются, я шагаю внутрь и…

— Фак! – резко выставляю руку между смыкающимися дверцами лифта и разворачиваюсь в сторону арены.

Последний раз! Самый чёртов последний раз!

— Znaesh' li ty… ик… vdol' nochnyh… ик… dorog… – Зефирка звонко икает и напевает незнакомую мне мелодию на непонятном языке, хотя интуитивно догадываюсь – это русский.

— Сена? – осторожно окликаю её, стараясь не привлечь внимание охраны. Хотя, учитывая, сколько раз я уже вытаскивал эту неугомонную блондинку со льда после закрытия комплекса, наша охрана явно работает в пол силы.

— О-о-о! Доктор Максвелл! – она расплывается в широкой, совершенно нетипичной для неё улыбке, отчего я невольно настораживаюсь. – А я как раз вас ждала! Идите сюда, давайте покатаемся!

Это она сейчас серьёзно? Обычно огрызается и фыркает при виде меня, а тут вдруг «покатаемся»?

Зефирка начинает выписывать на льду замысловатые фигуры, готовится к прыжку, но вместо элегантного вращения в воздухе запутывается в собственных ногах и неуклюже шлёпается на лёд.

— Сена! – срываюсь с места и бегу к ней.

— Спокойно! Ик… – лежащая на льду девушка беззаботно хихикает и широко разводит руки, показывая, что всё в порядке.

— Ты что… – наклоняюсь к ней и помогаю подняться на ноги. – Напилась?

— Кто? Я? – Зефирка театрально округляет глаза и тут же весело признаётся: – Да, а что такого? Сегодня мне можно!