Книга Сломай мой лед, страница 164 – Анна Эйч

— От своих ошибок уберегаешь? – Картер понимающе кивает.

— Скорее, стараюсь воспитать ее так, как бы это сделала наша мама.

— Иди ко мне! – Картер заключает меня в медвежьи объятия, и я позволяю себе расслабиться, на минутку погрузиться в его дурманящий мужественный аромат и утонуть в теплых руках.

— Ну как я вам?

На пороге появляется Ксю в облегающем платье с длинными рукавами и завязками на спине.

— Ты никуда не пойдешь! – выстреливает Картер, а затем поворачивается ко мне – Она… она же не выглядит на шестнадцать!

— Разве он может решать идти мне или нет? – Ксю вопросительно смотрит на меня, а потом переводит взгляд на Картера – Ты сделал предложение моей сестре?

Ксю говорит на русском, но, чтобы Картер понял указывает на безымянный палец правой руки.

— Нет? Значит права голоса у тебя нет! – фыркает сестра и проходит за стол.

Картер непонимающе смотрит на нее, а я не могу сдержать смех.

— Все успокоились, Ксю, ты постоянно на связи, и, если я звоню – берешь трубку, а если нет – мы приезжаем и забираем тебя в эту же минуту. – наставляю я сестру строгим тоном –  А ты… – я поворачиваюсь к Картеру и перехожу на английский – Перестаешь строить из себя строго отца, сходи лучше за вином.

— Она несовершеннолетняя! – бубнит он, подходя к холодильнику.

— О, Господи! Налей ей порного молока тогда! – отвечаю я и мы с Ксю снова начинаем смеяться.

На самом деле, сестра не собиралась пить ни с нами, ни на вечеринке, у нее строгий режим и у ее парня-друга такой же.

* * *

Спустя полчаса, Картер встает с бокалом и решает произнести тост в честь дня рождения Ксю. Он говорит о том, что очень рад с ней познакомиться и готов быть для нее любым видом водного транспорта, главное, чтобы она позволила быть ему моим парнем.

— Это не ей решать – комментирую я.

— Но она единственная, у кого я могу просить благословления.

Картер вручает Ксю наушники, из-за чего она пищит от восторга и просит ее удочерить.

— Элли, выходи за него замуж! Я разрешаю! Нет, я натсаиваю!

— Может хватит нас женить, он, возможно, после такого давления больше никогда не приедет в Россию.

Картер уже знает слова «выйти замуж» и «жениться» поэтому всегда улыбается и шепчет мне на ухо «я готов» и «давай сделаем это, детка». Однако мы не в Вегасе, и я не настолько живу грезами, чтобы верить, что после свадьбы все проблемы сами по себе испаряются.

— Позволишь сделать подарок в твой день еще и твоей сестре? – спрашивает Картер на английском у Ксю.

— Валяй! Главное, чтобы это были не наушники моделью круче. – хихикает.

Картер приоткрывает длинную бархатную коробочку, становится на одно колено и произносит:

— Элли Золотова, вы станете моей официальной девушкой? Будете со мной и в счастье, и в горе, болеть за Канаду, даже если соперник Россия, прикладывать лед к моим синякам после выездных игр, носить хоккейную джерси с номером 21 и не снимать ее даже под угрозой смерти, любить, пока меня не прибьют шайбой?

Я расплываюсь в улыбке, так креативно мне еще не предлагали встречаться, я вглядываюсь в его искрящиеся глаза, и раз уж он подошел с юмором к нашему воссоединению, то и я не буду отставать:

— Нет!

— Нет? – Картер

— НЕТ? – повторяет за ним Ксю с выпученными глазами.

— Нет, я не буду болеть за Канаду, если она схлестнётся в какой-то из реальностей с Россией.