Книга Сломай мой лед, страница 208 – Анна Эйч

Интересно, там на небе можно пить шампанское? Наверно нет, это же, грех? Или чуть-чуть не считается?

— Боже мой, Элли, о чем ты думаешь? – уже вслух говорю своему отражению, заканчивая мыcленный монолог. – В общем, мама, если ты меня сейчас видишь, знай, я счастлива. Теперь точно да. Ты бы мной гордилась.

— Тук-тук, можно?

В дверях появляется мама Картера и нежно улыбается мне.

— Да, конечно, здравствуйте. – я незаметно убираю пальчиками появившиеся слезы в уголках глаз.

— Ты невероятно красивая – Мелисса становится за моей спиной и встречается взглядом в зеркале. – Моему сыну сказочно повезло.

— Как и мне с ним – посылаю ей искреннюю улыбку, а потом добавляю – И со свекровью, кстати, тоже.

Мелисса нежно смеется и начинает поправлять мой длинный низкий хвост. Вдруг ее лицо становится немного грустным, и она произносит:

— Элли, мне так жаль, что твоей мамы нет рядом, но уверена, сейчас она наблюдает за тобой и радуется всем сердцем. Взгляни на улицу…

Я поворачиваю голову к окну, откуда пробиваются яркие оранжевые лучи заходящего солнца.

— Это она – поясняет Мелисса – Посылает тебе свое благословление в виде света, надо же, не припомню, когда видела в декабре такое яркое солнце.

— Я как раз о ней думала – киваю и возвращаю взгляд к зеркалу – Она всегда мне говорила такую фразу «Katajsya, chtoby katat'sya», на английский ее невозможно дословно перевести, она означает, что нужно в первую очередь наслаждаться делом своей жизни, и только потом превращать его в инструмент достижения цели. Я, честно сказать, часто забывала это делать. Она учила меня радоваться всему, что есть здесь и сейчас, а после того как ее не стало… – соленая вода снова начинает разъедать мои глаза и портить макияж – Я, кажется, поняла смысл этих слов только с Картером, понимаете? Наконец-то перестала гнаться за чем-то и позволила себе…

Каждое слово дается все труднее, волна неконтролируемых слез может накрыть в любой момент, поэтому я начинаю махать руками как веером пытаясь усмирить свое ранимое состояние.

— Позволила себе кататься ради удовольствия? – ласково заканчивает Мелисса, поглаживая меня по плечам.

— Да… – я грустно улыбаюсь – Вы мне понимаете.

— Понимаю, я хотела для сына того же самого, но все равно слишком многое позволила его отцу. Мне очень стыдно за его поведение перед тобой и Картером. Кажется, я была не лучшей матерью.

— Не смейте так думать! Вы отличная мама.

— Ох – теперь Мелисса грустно улыбается и опускает глаза в пол, обдумывая мои слова. – Я бы хотела многое изменить…

— Вы ни в чем не виноваты, никто кроме Генри не несет ответственность за то, что он, извините, был паршивым отцом.

— Прощаю – Мелисса махает рукой – Я его похуже назвала, когда собирала вещи.

— Как вы?

— Нормально – она аккуратно гладит меня по руке – Даже, знаешь, хорошо! Планирую новую выставку, мне некогда переживать о том, кто совсем не заботился о моих чувствах и чувствах моего сына.

— Спасибо вам – я тянусь для объятий, потому что искренне полюбила эту женщину всем сердцем.

— Мы семья, девочка моя, и за это не стоит благодарить, теперь мы просто есть друг у друга.

— Что-то мы с вами совсем растрогались – смеюсь и понимаю, что моему макияжу нужна скорая помощь.

— Да! У нас же праздник, в конце-то концов!