Книга Сломай мой лед, страница 38 – Анна Эйч

— Эля, я знаю, тебе плевать на меня, но я… я не знаю, как выбросить тебя из головы. С момента нашей последней встречи я сам не свой, мне нужна ты. Хотя бы на расстоянии нужна. Не смей сдаваться, слышишь! Встань и врежь мне, в конце-то концов!

— Соколов, если ты сейчас не заткнешься, именно это я и сделаю – шепчу я все еще держа глаза закрытыми.

Я чувствую, как он обхватывает мою руку своими теплыми сильным ладонями и начинает целовать каждый пальчик.

— Привет… – тихо шепчет и гладит меня по щеке шершавым пальцем.

— И тебе привет…

— Не хочешь открыть глаза?

— Нет, я боюсь.

— Боишься увидеть лучшего парня в мире и влюбиться? – я хоть и не вижу его лица, уверена он улыбается своими фирменными ямочками на щеках.

— Боюсь, что мне ампутировали ноги или руки и я не смогу кататься.

— У тебя одно больное место, Золотова, – голова! Вечно придумываешь себе проблемы – он стучит указательным пальцем мне по лбу.

— У меня ноги на месте?

Чувствую, как Антон начинает шуршать одеялом, а потом я ощущаю его теплую руку у себя на голени ноги.

— Что ты делаешь?

— Проверяю твою чувствительность, щекотки боишься? – он спускается до щиколотки и начинает щекотать мне ступню.

— Ладно, ладно, верю! – я пищу, вырывая ноги.

— Открой глаза.

— Руки на месте?

— Совершенно точно да.

— А ходить я могу?

— И бегать!

— А кататься?

— Золотова, открой глаза!

— Нет!

— Да!

— Не могу!

— Сама напросилась! – он

Я чувствую легкую щетину, приятный мужской парфюм и теплые мягкие губы, бережно исследующие мои сухие. Этот парень знает, как сбить меня с толку. Как же я скучала, и как могла так долго находится без его прикосновений. Спустя миллисекунду я отвечаю на поцелуй, обхватываю ладонями его лицо и жадно врываюсь в рот языком. Мне так его мало.

— Принцесса, пожалуйста, остановись – шепчет он, задыхаясь мне в губы – Мы в больнице, помнишь?

— Откуда я знаю, где мы, может я вообще умерла и это все фантомные боли.

— Ты совершенно точно жива, как и мой член в джинсах.

— Фу, Соколов! – я смеюсь.

— Открой глаза.

— Я боюсь, что все исчезнет.

— Я не исчезну – говорит от тихо мне в губы – Обещаю!

И я решаюсь, взмахиваю ресницами и сталкиваюсь с лазурной волной его глаз. Он улыбается, а я превращаюсь в желе. Все еще здесь, все еще мой.

Я чувствую, как подступают слезы, и чуть слышно выдавливаю из себя.

— Я думала, что ты уже не подойдешь ко мне.

— Я так и планировал, но, когда увидел, как ты летишь головой в лед, тут же забил на гордость и обещания себе не подходить к тебе. Я так испугался, принцсса.

— Ты был там?

— Да, я всегда был, просто прятался, чтобы ты не видела моей слабости.

Я хочу снова наброситься на его губы, но нас прерывает врач, громко и наиграно откашливается, чтобы заявить о своем присутствии.

— Не хотелось бы вас прерывать, голубки. Но вам, молодой человек, было запрещено оставаться в палате на ночь.

— На ночь? – я испуганно смотрю на Соколова, я не ожидала, что провалялась без сознания больше часа. Возможно, я вообще в коме была, и сколько?

— Я была в коме?

— Нет, Эльвира, вы получили ушиб головы, но ничего серьезного, легкое сотрясение. После того как мы обработали рану вы крепко уснули, полагаю это случилось не столько от удара, сколько из-за переутомления и лекарств.

— А почему ты со мной говорил так, будто я могу не проснутся? – я бью Антона в плечо и зло кошусь на него.