Книга Беглая жена генерала драконов, страница 11 – Майарана Мистеру

Сердце пропустило удар.

— Уходите, — я вскинула скальпель, чувствуя, как дрожат колени. Голос звучал хрипло, срываясь на фальцет. — Уходите немедленно. Или я позову стражу.

«Идиотка, — прошипел внутренний голос. — Какая стража? Он перережет им глотки раньше, чем они успеют войти».

— Стражу? — он тихо рассмеялся.

Смех был мелодичным, красивым и абсолютно лишённым веселья. Смех существа, которое разучилось испытывать радость, но помнило, как это делается.

— Не стоит, милая. Стража Грейхолда жалкие пьяницы с ржавыми мечами. Они не защитят тебя от того, что надвигается. — Он склонил голову набок, изучая меня новым взглядом. — Впрочем, возможно, тебе и не нужна защита. Возможно, ты сама опаснее, чем кажешься. Гораздо опаснее.

Он сделал шаг назад. Потом ещё один. Словно хищник, который решил не нападать сейчас, но не потому что боится, а потому что хочет растянуть удовольствие.

— Мы ещё встретимся. Очень скоро. Береги себя… для меня.

Последние слова прозвучали как обещание. Или как угроза. С такими существами разница была невелика.

Он небрежным жестом бросил на прилавок золотую монету. Она звякнула неестественно громко в давящей тишине, словно удар колокола.

— До встречи, леди… как вас теперь зовут? — он сделал паузу, наслаждаясь моментом. — Ах да. Энн. Леди Энн из Грейхолда. Травница, которая шьёт раны.

Он развернулся и вышел так же бесшумно, как и появился. Дверь даже не скрипнула. Колокольчик так и не звякнул, словно онемел от ужаса. Тени в углах лавки дрогнули, когда он проходил мимо, словно кланялись своему повелителю.

И он исчез.

* * *

Я стояла, глядя на пустой дверной проём, и не могла заставить себя вдохнуть.

Сколько прошло времени? Секунда? Минута? Вечность? Я не знала. Мир замер, застыл, превратился в неподвижную картину. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь мутное окно, казался холодным. Пылинки в воздухе висели неподвижно, словно тоже боялись пошевелиться.

В лавке повисла звенящая тишина. Такая густая, что её можно было резать ножом. Сладковатый запах тлена, оставшийся после гостя, медленно таял, смешиваясь с привычными ароматами трав и спирта. Но ощущение ледяного прикосновения на запястье никуда не делось.

Я опустила взгляд. На коже, там, где он касался меня, остался след. Едва заметный, бледно-синий, похожий на отпечаток пальцев.

Скальпель выпал из онемевших пальцев и со звоном покатился по полу. Колени подогнулись, и я схватилась за прилавок, чтобы не упасть.

«Вампир. Это был вампир. Настоящий, древний вампир пришёл в мою лавку и… и что? Зачем?»

Вопросы роились в голове, как потревоженный улей. Откуда он узнал обо мне? Что он почувствовал, когда коснулся? Что значили его слова про «ошибку в уравнении»?

На прилавке, тускло поблёскивая, лежала монета.

Я осторожно, словно это был ядовитый паук или спящая гадюка, протянула руку и коснулась металла.

Это было не имперское золото. Я видела достаточно имперских монет с профилем нынешнего императора, с гербом правящей династии, с датой чеканки. Стандартные, одинаковые, предсказуемые.

Эта монета была другой.

Тяжёлая, гораздо тяжелее, чем должна быть монета такого размера. Старая, края неровные, потёртые, словно её сотни лет передавали из рук в руки. Это было не совсем золото, в нём была примесь чего-то ещё, что придавало поверхности красноватый отлив.