Книга Беглая жена генерала драконов, страница 20 – Майарана Мистеру

— Это не просто маскировка, Энн. — Марта постучала сухим пальцем по одному из рисунков — тому самому глазу, пронзённому иглой. — Не амулет защиты и не талисман удачи. Это приглашение.

— Приглашение? — я нахмурилась. — Куда?

— В теневой двор. — Старуха произнесла эти слова так, словно они обжигали ей язык. — Тайное место. Скрытое от глаз смертных, от солнечного света, от всех законов империи. Место, где собирается нечисть. Вампиры, личи, призраки, оборотни. Все те, кого принято называть проклятыми, или порождениями тьмы. Такой двор есть в каждом городе, где обитают вампиры.

Она помолчала, глядя на меня поверх книги.

— Если вампир дал тебе эту монету, он ждёт, что ты придёшь к нему сама. По доброй воле. На его территорию, по его правилам.

— А если я не приду? — спросила я, хотя уже знала, что ответ мне не понравится.

— Если не придёшь… — Марта вздохнула и закрыла книгу. — Монета начнёт тебя звать.

— Звать? — я невольно бросила взгляд на свою лодыжку. — Как звать?

— Болью, девочка. Болью. — Старуха покачала головой. — Сначала лёгкое жжение. Потом — как сейчас, ожог. А потом… потом она начнёт прожигать тебя изнутри. Медленно. Неотвратимо. Пока ты не побежишь к нему сама, умоляя о пощаде.

Я снова посмотрела на ожог на ноге. Он уже начинал пульсировать.

— Значит, сегодня ночью у меня свидание с вампиром, — мрачно подытожила я, откидываясь на спинку стула. — Потрясающе. Просто потрясающе. День начался с кошмара про бывшего мужа-убийцу, продолжился охотой на ведьм, а закончится романтическим ужином с кровососом.

Я невесело усмехнулась.

— Надеюсь, он предпочитает кровь третьей группы резус-положительный. А не мою бессмертную душу. Хотя, учитывая мою удачу, он наверняка захочет и то, и другое.

Марта не улыбнулась. Её лицо оставалось серьёзным и мрачным.

— Шутки шутками, девочка. Но в теневой двор просто так не ходят. Оттуда не все возвращаются.

— Знаю, — я тяжело поднялась со стула. Ожог на лодыжке пульсировал всё сильнее, напоминая о себе с каждым ударом невидимого сердца. — Но выбора у меня нет, правда?

Марта промолчала.

Боль пришла с закатом.

Сначала это было лишь неприятное жжение в лодыжке. Там, где монета касалась кожи. Терпимое. Почти незаметное. Я списала это на раздражение от кожаного ремешка и продолжила помогать Марте с ужином.

Но стоило солнцу скрыться за крепостными стенами, стоило последним лучам погаснуть на черепичных крышах, как жжение сменилось чем-то иным. Ощущением, будто к ноге приложили раскалённый утюг. Или клеймо.

— Чёрт! — я зашипела сквозь зубы, роняя ложку в миску с рагу.

Ложка булькнула, разбрызгивая густую подливку. Пальцы свело судорогой. Боль пульсировала, будто монета имела собственное сердце.

Марта, сидевшая напротив, даже не подняла головы от своей тарелки.

— Зовёт, — констатировала она с невозмутимостью человека, обсуждающего погоду. Дрожащими руками оторвала кусок хлеба и макнула в подливку. — Я же говорила. Вампиры не любят ждать. Особенно когда они голодны. А древние… те вообще не понимают слова «нет».

Я стиснула зубы и стянула чулок приготовившись к худшему.

Зрелище было так себе. Даже по меркам врача «Скорой», повидавшего всякое.

Кожа вокруг ожога в форме глаза покраснела и воспалилась, натянулась, как барабанная перепонка. Сам ожог пульсировал. Медленно, ритмично, словно глаз на коже моргал. От метки вверх по ноге, к колену и выше, тянулись тонкие чёрные нити. Похожие на вены, заполненные чернилами. Или на корни ядовитого растения, прорастающего под кожей. Или на трещины в фарфоре, которые расползаются всё шире и шире.