Книга Попаданка в беременную. Случайная жена дракона, страница 8 – Анжелика Янчевская

Я рискнула поднять глаза. Лорд Кайден все еще стоял у алтаря. Он больше не рычал от боли. Он смотрел на свою правую руку, лежащую на черном камне, и его лицо превратилось в ледяную, непроницаемую маску. Но я видела, как ходят желваки на его скулах и как побелели костяшки пальцев, сжатых в кулак. И на его руке, на тыльной стороне ладони, пылал точно такой же узор. Такой же дракон, такой же пульсирующий алый свет. Метка. На нем. И на мне. Невидимая цепь связала нас на глазах у сотен свидетелей.

— Невозможно… – прошептал жрец. Его голос, до этого гремевший на весь зал, теперь был едва слышен. Он, пошатываясь, сделал шаг назад от алтаря, словно тот стал ядовитым. Его лицо, сморщенное, как печеное яблоко, было белым, как его ритуальные одежды. Он смотрел то на меня, то на Лорда, и в его глазах плескался первобытный, суеверный ужас, смешанный с благоговением. – Боги… Боги сделали свой выбор!

Он резко обернулся ко мне, и его голос, внезапно окрепнув, наполнился дрожащим, экстатическим трепетом. Он указал на меня своим костлявым пальцем, и мне показалось, что все в зале вздрогнули.

— Избранница! Волею Древних, волею Судьбы! Назови свое имя!

Мир сузился до одной точки. Я, он, жрец и сотни любопытных, шокированных, осуждающих взглядов. Назови имя. Какое?! В голове было совершенно пусто. Я — Марина. Я не Мэри. Я не избранница. Я хочу домой! Я хочу проснуться в своей старой квартире, с головной болью от вчерашнего коньяка, но в своем мире, в своем теле!

Тишину разорвал яростный, полный ненависти и унижения визг.

Леди Агнес.

Она с силой отдернула свою руку от алтаря, словно обжегшись о его все еще тлеющее алым светом сердце. Ее прекрасное лицо, еще мгновение назад бывшее лишь холодной маской, теперь исказилось от злобы. Она развернулась, и ее взгляд, полный яда, впился в меня.

— Мэри Ройс! – прошипела она мое новое, чужое имя, и в нем было столько ненависти, что хватило бы отравить целый город. – Ах ты, дрянь!

С этим криком она, забыв про свое аристократическое достоинство, про свое роскошное платье, про сотни гостей, задрав подолы, бросилась ко мне сквозь ряды ошеломленных аристократов. Прежде чем стража или кто-либо успел среагировать, она подскочила, как дикая кошка, и вцепилась обеими руками в мои волосы, с силой дернув на себя.

В глазах потемнело от острой, унизительной боли. Кожа на голове горела. Я вскрикнула, пытаясь вырваться.

Начался невообразимый хаос. Зал взорвался криками. Гости ахнули и повскакивали со своих мест, как стая вспугнутых птиц. Женщины вскрикивали, мужчины что-то гневно кричали. Анита рядом со мной испуганно взвизгнула и отпрянула к стене, закрыв лицо руками. Двое стражников в начищенных латах, наконец опомнившись от шока, бросились оттаскивать мою разъяренную госпожу. Она рычала, вырывалась, пытаясь снова до меня дотянуться, ее идеальная прическа растрепалась, а бриллиантовая диадема съехала набок.

А он… Лорд Кайден… он просто стоял. Стоял, как изваяние, и смотрел на этот фарс с ледяным, всепоглощающим гневом в янтарных глазах. Он не вмешивался. Он просто смотрел. И этот взгляд был страшнее любого крика, страшнее любой пощечины. В нем читался приговор. Мне. Этому миру. Этим богам, которые посмели так жестоко над ним пошутить.

Меня не вели. Меня волокли, как мешок с протухшей картошкой. Два ходячих гардероба в плотном, иссиня-черном боевом облачении держали меня за плечи так, что кости, казалось, вот-вот с хрустом вылезут из суставов.