Книга Виктория - значит Победа. Серебряной горы хозяйка, страница 168 – Салма Кальк

И пока под взглядом Терезы мастер упаковывал наши покупки, я тоже пошла рассмотреть витрины. И упёрлась взглядом… во что-то.

Брошь в серебряной оправе — букет, лепестки цветов из розового кварца, так мне кажется. Очень тонкая работа, на серебряных листиках видны все прожилки.

Россыпь мелких фруктов из серебра — просто яблоки, груши, гроздь винограда. Тыква. Несколько штук — на крохотном серебряном блюде.

Я ещё дома любила всякую миниатюру, у меня была и небольшая коллекция фигурок по фильмам, в отлично сшитой одежде и со всякими мелкими штуками в руках. Но в последний год я все их продала — потому что это деньги, и немалые, а деньги были нужны. Сейчас же… я увидела какой-то отголосок, не иначе.

— Подскажите, господин Клементель, для чего эти прелестные мелкие фрукты на блюде?

Он улыбнулся.

— Просто так, для радости и красоты.

— А букет?

— От букета отказался клиент, сказал — недостаточно гармоничен и совершенен.

Интересно, кто это у нас такой? Да мало ли, я пока знаю далеко не всех местных жителей.

Мысль копошилась и шевелилась.

— Кажется, я люблю несовершенное. Второго такого ведь нет?

— Нет, он единственный в своём роде, — подтвердил мастер.

— Я готова его забрать.

На удивление цена оказалась невелика. Мастер отчаялся продать эту штуку? Но она ж прекрасна!

— Если вы любите странное, госпожа де ла Шуэтт, я могу показать вам ещё одну вещицу. Я думал, здешним дамам придётся по вкусу, потому что в столице маркиза дю Трамбле ввела моду на такие украшения. Но увы, до нас эта мода пока ещё не дошла.

Я усмехнулась про себя, услышав имя.

— Показывайте.

Мастер наклонился и достал с нижней полки… камею. Девушка в развевающихся одеждах парила над… землёй, наверное?

— Это древнее божество победы, ещё имперских времён. Виктория — так её называли. Чаще всего её изображали на колеснице, но здесь использовали менее известный вариант, он встречается на вазах и в скульптуре, но значительно реже.

Э-э-э…

— Кажется, я просто обязана забрать её. И носить на счастье.

— Буду рад, — улыбнулся мастер. — Камея древняя, её раскопали где-то под Ниаллой. Оправа моя. Её можно носить в виде броши, а ещё на бархатной ленте на шее. Вот, взгляните.

Мастер показал мне оборотную сторону. Точно, есть застёжка, есть ушки под ленту, и ещё можно просто подвесить на шею.

— Зачем тебе эта древность? — Тереза смотрит, не понимая. — Она не блестит, не переливается…

— Именно за то, что древность, — улыбаюсь. — Мне она очень нравится. И, кажется, я вскоре приду к вам с заказом, господин Клементель. Вот бал переживём — и приду.

— Буду рад, — поклонился мастер.

А мы отправились домой, и задумка копошилась в моей голове. Ничего, пускай покрутится пару дней, как раз додумаю.

Я немного опасалась, что Шарло вернётся из своей командировки, пока мы с Терезой выбираем бусы, но — нет, не вернулся. Мы успели добраться до дома, обсудить, где будем хранить богатства, я предложила комод со множеством ящичков в своей гардеробной, и наложить поверх заклятье, но Тереза захотела, чтобы у неё. Я подумала — вдруг можно так заклясть, чтобы я наложила заклятье, а вскрыть шкатулку могла Тереза, надо спросить у графа. Если можно — уж наверное, он знает, как это, и покажет.

Граф и пришёл, и после обеда мы заперлись в кабинете.