Книга Мой куратор – наследник престола. Корона, страница 82 – Мария Эмет

— У-у-у… Как страшно, — хмыкнул принц, подняв руки ладонями вперед. — Я пришел с миром.

— Я давно не верю этой фразе.

— Зря. Евочка, мы ведь не должны были стать врагами. Я был уверен, что из нас получатся хорошие друзья.

— На каком конкретно моменте ты так думал: когда вписывал моё имя в число участников Игры или когда похитил мою мать, чтобы шантажировать ею впоследствии? Или, может, когда наслал темное заклятие, лишающее возможности говорить… О! Придумала!

— Я понял, — мрачно оборвал меня он. — Евочка…

— Я. Тебе. Не Евочка. Понял, Астартик?

Второй принц раздраженно закатил глаза, но всё же покорился:

— Евангелина, мы с Каем братья. Два претендента на престол. Война между нами — обычное дело для принцев. И мне жаль, что ты стала инструментом в моих руках. Это несправедливо. Знаю. Ты злишься. Так и должно быть. Но мне стыдно. И я хочу загладить вину перед тобой. Сделаю всё, что пожелаешь.

Ух ты. Вот это поворот!

— Например? — спросила чисто из интереса.

— Верну тебе мать.

Я всхлипнула от веселья, а после не выдержала и рассмеялась прямо ему в лицо. Тот усилием воли сдержал благодетельную улыбку на лице.

— Что, не хочешь вновь обнять свою матушку? Она до сих пор там. В темнице. Ждёт тебя.

— Второй принц очень плохо врёт.

После этой фразы до него наконец дошло.

— Значит, Маргрет Эллисон в замке Кая, да? — спросил он со злостью.

— В смысле? Она ведь только что была в темнице, — ухмыльнулась я. — Ты мне её возвращать хотел.

— Черт с тобой, Евангелина. Просто скажи, что ты хочешь. Я сделаю всё, что прикажешь.

— Как щедро! Что ж, тогда слушай, — Райнхард кивнул и обратился во внимание: — Иди на главную площадь вечером. Встань посреди. Разденься догола и громко прокричи: «Я полное ничтожество, а моя мать — лгунья и преступница!».

— Юрай, ты что себе позволяешь?!

— Ну ладно, можешь не раздеваться, если стесняешься.

— Я хотел с тобой по-хорошему, а ты…

— А я, в отличие от тебя, держу слово. Я обещала, что ты пожалеешь. Значит, так и будет.

— Да? И что ты сделаешь? Опять доведешь свою сестру до слёз? Твои угрозы лишь пустой трёп.

— Так отчего же тебе так страшно?

— Юрай…

— Что? Снова отравишь меня ядом матушки?

Райнхард дёрнулся, словно кто-то невидимый отвесил ему подзатыльник. Глаза его налились краской, руки сжались в кулаки, и он сделал шаг навстречу.

— До чего же туго до тебя доходит, — раздалось обжигающе холодное. — Аст, неужели ты с первого раза не понял?

Второй принц живо обернулся и оказался лицом к лицу к Кайрату. Тот не церемонясь схватил его за нашейный платок и притянул к себе.

— К Евангелине не приближайся, если жизнь мила.

— Да пошли вы, — прошипел Райнхард, неуклюже вырываясь из захвата и спешно ретируясь.

Кай посмотрел на меня и вздохнул:

— Ни на минуту тебя оставить нельзя.

— Я не баловалась! — отозвалась тут же.

Первый принц усмехнулся и подошел ко мне. Обнял, прижался подбородком к макушке и облегченно выдохнул.

— Как всё прошло?.. — спросила осторожно.

— Удачно. Остался лишь малый совет.

— О, насчет него не переживай. Там у меня всё схвачено.

Майерхольд непонятливо заглянул мне в глаза.

— Я крайне заинтересован.

— Это долгая, но приятная история.

— И ты непременно поделишься ею со мной за ужином?

— Посмотрим на твоё поведение, — усмехнулась я. — Ну что, домой?