Книга Сиротка для лорда, страница 8 – Лана Кроу

Права была Бон-Бон, я ничего не добилась. Кайл уже не тот, как и я.

На что я наделась? На то, что поцелуй десять лет назад заставит его передумать? Что детские признания в любви и верности что-то могут значить?

Кайл явно намеревался вызвать для нас кеб, но погода внесла коррективы в наши планы. За окном раздались раскаты грома, а следом в одно мгновение хлынул дождь.

Я испугалась. Ехать в такую погоду просто небезопасно. Посмотрела на Кайла, который сжал челюсти.

Выгонит нас на улицу? Боги, зря я взяла детей… Они ведь могут заболеть.

— Дорнис, — громко сказал Кайл, и в одно мгновение дворецкий оказался на пороге. Выставит нас на улицу, точно выставит… — Подготовьте покои на сегодняшнюю ночь для наших гостей и велите подать им ужин.

Кинул Кайл, а после скрылся за дверью, оставив меня в полном замешательстве.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Глава 8

Расчесывая волосы перед зеркалом, я впервые задумалась о своей внешности. Ведь в приюте на такие глупости у меня не было совершенно никакого времени.

Бон-Бон часто говорила, что мне стоит отложить пару монет и обесцветить «крысиный», как она это называла, цвет.

— Мужчины любят блондинок, — говорила она.

Но я не хотела тратить монеты на такие глупости. Лучше купить новую книгу или сладость для детей.

А сейчас я все задумалась о том, какими мы выросли. Увы, но внешность я унаследовала не от матери. Я помню, что она была красавицей…

Должно быть, я пошла в отца.

Нос картошкой, слишком маленький для такого носа рот. Невзрачный цвет тонких волос и слишком плоская фигура, ни красивой груди, ни бедер, которыми я могла бы игриво вилять. Хотя Бонни говорила, что если бы я больше ела, то с фигурой было бы все в порядке.

Может, она и права. Но вряд ли когда-то я смогла бы это узнать.

Но было во мне то, что передалось от матери. Длинные ресницы и яркие зелено-голубые глаза. Они, словно хамелеон, меняли цвет в зависимости от освещения.

Закрыв глаза, вспомнила, как Кайл впервые поправил мне волосы.

— У тебя очень красивые глаза, Лина, они живые… В отличие от всего в этом месте, — сказал тогда он. Воспоминание вызывало грусть. Кайл был любовью всей моей жизни. Нас столкнули вместе обстоятельства.

До безумия красивый парень и простушка-девушка. Сын богатого лорда и дочь куртизанки. Только в юном возрасте можно было верить, что нас ждет что-то в будущем.

Положила руку на место, где столько лет носила осколок слонёнка, и глаза защипало от слез. Когда меня уносили, больную, я видела его в последний раз.

Он был рядом, держал за руку и клялся, что любит. Он вложил мне в руку этого слоненка. Как знак нашей любви.

Единственной любви к мужчине, которую мне далось пережить. Но эта дыра всегда восполнялась детским смехом и улыбками.

Я положила расчёску и повернулась к Филу. Увиденная картина вызвала тяжелый вздох.

— Филипп, что я говорила про Руфуса? – спросила я, наблюдая, как он наглаживает любимого крыса.

— Я для Софи его взял, ей он нравится, – сказал Фил.

Руфус словно по команде побежал к маленькой девочке, и она протянула ему руку. Впервые за такое долгое время она улыбнулась.

Это вызывало улыбку и у меня.

— Знаешь, Софи, а Руфус у нас очень умный, — сказала я, заметив интерес девочки, взяла со стола книгу и пересела на кровать к Филу. – Он пережил мноооого приключений.